Спаситель Свиней

Пчинскому не нравилось, когда кто-то упоминал уже закрытые дела. Но этот день выдался исключительно утомительным, и сейчас следователю было все равно. Глядя сонными глазами в стену перед собой, он думал лишь о том, что завтра начинается отпуск, а значит перед сном можно выпить.

Обернувшись, Адлер увидел лицо Пчинского, ждущего ответ. Следователю понадобилось несколько секунд для того, чтобы достать из памяти только что озвученный вопрос начальника.

– Что произошло между мной и Ласкиным? Пустяк, небольшая недомолвка.

Ничего такого, о чем Вам стоило бы переживать.

Пчинский сглотнул, заглянул в отчет, потряс листами перед лицом следователя.

– Я прочитал этот Ваш… – он собирался сказать нечто неприличное, но сдержался, – что Вы мне притащили? Какой еще Черный человек, какой Карел Дворжак? О чем Вы пишите вообще? – сказал он на одном дыхании так, что к концу предложения захрипел. После ткнул пальцем в бумаги. – Что мне завтра в обед прессе сказать?

– Я записал то, что мне удалось узнать, – парировал следователь.

 – Я подготовил все материалы и наработки по этому делу для передачи в Модранский отдел.

– Зачем? – сыграл удивление Пчинский.

Адлер напрягся и неуверенно произнес:

– Я вчера Вам подал заявление на отпуск согласно графику. Вы его утвердили, помните?

Начальник возмущенно выдохнул.

– Никаких отпусков, пока я не увижу реальных подвижек по этому делу от Вас лично, это ясно? У меня нет ни времени, ни желания с Вами сейчас спорить, понятно? Жду Вас завтра в отделе.

Глядя вслед уходящему начальнику, Адлер хотел про себя подумать: «Старый придурок», но его губы дрогнули и шепотом выпустили эти слова.

Пчинский остановился, обернулся и спросил:

– Вы что-то сказали?

– Нет, – тоскливо ответил следователь. – Вам послышалось.

Глава 11: Больница

Длинные коридоры клиники акушерства и гинекологии освещались холодным спокойным светом люминесцентных ламп.

Дежурный врач совершал вечерний обход, проверяя своих рожениц и тех, кто уже стали матерями. Обычно дети стремились явить себя миру вне зависимости от времени дня, потому в больнице все шумело целые стуки, но этот вечер выдался спокойным на удивление.

Приемные часы для посетителей подошли к концу. Пожилая регистраторша Клара Волчкова уже собиралась домой, погасив свет на рабочем месте и сменив теснивший ее халат на более вольные одежды.