Остаться в живых

Должно быть, они следили за Моникой, а она привела их к его дому. Черт бы их всех побрал! Они знают все! Он бежал, оглядываясь через плечо. За ним никто не гнался. Он ведь поклялся себе: больше никакого насилия. Два года он сдерживал клятву. Не стрелял, никого не избивал, даже не угрожал. Он обещал Мириам, что черные дни остались в прошлом. И вот за тридцать секунд после того, как к нему подошли двое в серых костюмах, все его обещания пошли прахом, а он ведь знает, как бывает, – дальше все будет еще хуже. Если события закрутятся, их уже не остановить.

Сейчас лучше всего вернуть сумку дочери Джонни и сказать: пусть Джонни сам выпутывается из неприятностей, в которые угодил по собственной вине. Надо все остановить до тех пор, пока не станет слишком поздно. Прямо сейчас остановить!

Он наткнулся на проволочную ограду. За ней находилась Борчардс-Кверри-роуд. Он тяжело дышал; тело отвыкло от физических нагрузок. По лицу струился пот. Он снова оглянулся; здание аэропорта находилось слишком далеко, чтобы можно было разглядеть отдельных людей, но все было тихо, никакого шума и беготни не наблюдалось.

Значит, его пытались арестовать не полицейские и не таможенники. Аэропорт сейчас переполнен.

Значит…

Шпионы.

Все становится понятным, если учесть, какого рода сведения записаны на жестком диске.

Да пошли они! Он не боится шпионов. Он перепрыгнул через ограду.

– Соедини-ка их со мной, – велела Янина Менц, и Квинн нажал кнопку.

– …ему просто повезло, начальник, вот и все!

– Виллем, ты на связи!

– Вот как…

– Я хочу знать, что случилось, – заявила Янина Менц.

– Он ушел, мэм, но…

– Я знаю, что ушел. Как это произошло?

– Мэм, у нас все было под контролем. – В голосе говорившего слышался благоговейный ужас. – Мы ждали, пока объект пройдет в накопитель. Назвались и попросили его следовать за нами. Нам велели действовать без шума. Он всего лишь механик в мотоциклетной мастерской; сидел, прижимая к себе сумку, как какой-нибудь фермер из глухомани, и выражение такое застенчивое.

Он сказал, что ему не нужны неприятности. Я решил, что он испугался. Это я во всем виноват, мэм. Я наклонился, чтобы забрать у него сумку, а он выхватил мой пистолет…

– Выхватил ваш пистолет?!

– Да, мэм. Выхватил. Я… ну… он действовал так… в общем, я не ожидал.

– А потом?

– Потом он взял сумку, в которой был пистолет Альфреда, и убежал.

Молчание.

– Значит, сейчас у него два пистолета?

– Мэм, по-моему, он не умеет с ними обращаться.