Первая заповедь Империи

К тому же уникально низкие оценки в физическом блоке – суммарно всего четыре балла – говорят сами за себя…

– Нужно сообщить руководству… – произнёс молчавший всё это время искин доктора Смита.

– Не нужно этого делать! – произнесла вышедшая из темноты красивая девушка лет двадцати, в нежно-голубом, подчёркивающем фигуру, вечернем платье.

– Согласна! Не стоит никому ничего сообщать, – ещё одна женщина – уже средних лет, но не растерявшая грации и привлекательности, одетая в красный офисный костюм, материализовалась за спинами комиссии.

– Здравствуй, Атланта, – едва заметно улыбнулась первая гостья.

– Здравствуй, Екатерина, – планетарный искин американской столицы слегка кивнул златокудрой головой.

– Великие! – ахнула искин Мэй Ли.

Глава 5

Виртуальная реальность игры «Освобождение Терры». Пространство генерации персонажей

– Как вы себя чувствуете, молодой человек?

Сквозь мутное марево, застилавшее мне обзор, в ореоле ярких пятен софитов, надо мной склонился тёмный силуэт проводившего операцию доктора.

– Вы меня слышите? – спросил он, оттягивая пальцами мне веко, и, не дожидаясь ответа, сказал кому-то за своей спиной: – Всё нормально. Он очнулся. Это всего лишь пострегенерационный синдром. Наноиды в его теле активируют новые ткани, и ему нужно какое-то время, чтобы окончательно прийти в себя.

Возникло жгучее желание подыграть искину, взявшему под своё управление виртуального актёра, и прохрипеть что-нибудь вроде: «Где я?» Желательно осипшим, мужественным голосом.

Однако всё тело после «физического теста» ныло так, словно меня действительно сначала охаживали палкой, а затем жарили на солнышке. Интересно, такие тесты вообще безопасны? Не будет каких-нибудь нежелательных последствий, вроде ранней импотенции или геморроя? Оно, конечно, легко лечится, но всё же.

Зрение прояснилось, и я, получив контроль над собственным телом, попытался сесть. Меня тут же подхватили сильные руки, но вместо того чтобы уложить обратно на койку, наоборот, помогли принять вертикальное положение.

– Поздравляю, доктор! – с придыханием сказала медсестра, – та самая, которая говорила, что в меня невозможно не влюбиться.

– Ох! Ну что ты, моя дорогая! Опыт! Всего лишь опыт! – замахал на неё врач и, уже обращаясь ко мне, спросил: – Вы помните, как вас зовут? Как вы себя чувствуете?

– Пропустить, – велел я.