Обитель

Крепко цепляясь за поручень трясущейся рукой, она спустилась на первый этаж и вылетела из дома. По наушнику в уши. А дальше – только шла. Нет, бежала. Изо всех сил. Прочь. Прочь. Спотыкалась, когда заканчивался весь кислород, и неслась вдоль тёмной улицы, подсвеченной яркими фонарями. Холодный апрельский ветер услужливо смахивал с её лица слёзы. Музыка помогала не сбиться с темпа. А сердце, громыхавшее в грудной клетке, заглушало ноющую боль в затылке. Если ноги откажут – она поползёт, – если руки – покатится, – совсем прижмёт – будет цепляться за землю зубами – лишь бы не догнали.

И они не догнали.

Через минут двадцать состояние аффекта подавила головная боль, а ноги привели её в уже хорошо знакомый район. Карина рванула по известному маршруту в сторону Выхинской сталинки. Где милые задрипанные ступеньки с хрустящим под ногами снегом из перемолотого стекла и приветливо покачивающиеся распахнутые почтовые ящики. Карина пропускала их мимо себя, цепляясь за перила, пока шагала вверх.

Сил терпеть мигрень уже не оставалось. Она поднялась на четвёртый этаж и пропихнула руку в карман толстовки, с ужасом обнаружив, что блистера там нет.

– Нет, нет, нет, – испуганно вторила Карина, рыская по карман в поиске заветных лекарств. – Пожалуйста, нет, – она притулилась поясницей к перилам, бросая взгляд на дверь Обители.

Нельзя, чтобы другие увидели.

Сжимая рукой металлические перила, она поползла выше. Туда, где заманчиво распахнутая дверь площадки, ведущей на крышу, манила её укрыться от любопытных взоров.

Пульсирующая боль в висках затмевала сознание. Карина зажмурила глаза, надеясь на то, что когда она откроет их вновь, всё вокруг просто исчезнет.

Не нужно было идти на поводу у Нади. Нужно было решить всё ещё тогда – несколько широких порезов и томительный час ожидания сменился бы блаженной смертью. Даже если после этого её бы ждал ад – плевать – условия одинаковые что тут, что там.

Во всём виновата Надежда Ларина. Лучше бы они убили не её, а Карину. Лучше бы всё решилось ещё тогда. Лучше бы…

– Свали отсюда, – металлический голос с хрипотцой раздался где-то сбоку.

Карина вздрогнула, убирая руки с головы и поднимая лицо. На пороге хозяйственного этажа, лестница на котором вела на крышу, застыла Волче. Её взгляд бегло скользнул по Карине, тут же перемещаясь к генератору на стене.