Обитель

Отвернуться у Карины не вышло, поэтому девушка просто прикрыла глаза.

Этого оказалось достаточно, по крайней мере, Карина услышала визг молнии и последующий глубокий тягучий вдох напротив. Потом снова визг молнии. А потом она нерешительно посмотрела. Пустые серые глаза Волче до сих пор наблюдали за ней.

Слабый треск сигареты, зажатый в руке у девушки в белом, был едва различим. Но стоило шуму в ушах заглушиться, как Карина вновь могла слышать и топот из соседних квартир, и жалобное мяуканье котов, и даже дыхание под маской напротив.

Волче не отводила взгляда, не смотрела сквозь чужой лоб, и даже не моргала, а глазела чётко Карине в лицо, безмолвно пробираясь под кожу. Этот пугающий неизвестностью взгляд, казалось, выворачивал наизнанку, и Карине безумно хотелось отвернуться в сторону. В тоже время, это напоминало безмолвный вызов. Волче будто бы брала её на слабо, и Карина снова вскидывала голову всякий раз, как инстинкт побега брал над ней верх, отвечая Волче точно таким же немигающим взором.

– Отвернись.

И Карина наконец-то выдохнула, прикрывая глаза. Снова повторилась та же самая схема: звук расстегивающейся молнии, вдох, молния, выдох. И можно было вернуться в игру, но в этот раз Волче смотрела в сторону коробки под ящиком генератора.

– Откуда они? – чувствуя прилив сил благодаря отступающей мигрени, спросила Карина.

– Заткнись, а, – резко попросила Волче. – Мало того, что торчишь здесь, так ещё и подумать не даёшь.

Карина хмыкнула, протягивая ноги и пряча ладони в карманах своей толстовки.

Кончики её кроссовок почти дотягивались до бежевых берц Волче. Наверное, Карине повезло. Кто знает, что бы тогда произошло.

– Их мать загрызли собаки, – неожиданно произнесла Волче. – Пару дней назад. Сама кошка понесла у пятёры в прошлом месяце.

– И откуда ты всё знаешь, – съязвила Карина, прощупывая большим пальцем порезы на своих губах.

– Не всем суждено влачить жалкое существование, сидя на таблетках, – ответила ей Волче, снова поворачивая голову в сторону Карины.

 – Чёртова барбитурщица.

– Барби… чего? – увлечённо пальпируя переносицу на наличие ран, девушка вскинула голову, требуя объяснений. – И что это значит?

Волче лишь вскинула бровь, но ничего на чужой вопрос не ответила. Её глаза проследили за движениями пальцев Карины, исследующих лицо.

– Болит?

– Ага, – не особо дружелюбно отозвалась девушка.

– Дай угадаю, – Волче отшвырнула бычок, пропихивая руки в серые спортивные штаны.