ВАЛера

 – Топая по полу, я несусь прямо, куда глаза глядят, и начинаю распахивать все дверцы на своём пути.

Примерно на третьей я наконец-то нахожу сортир.

Залетая внутрь, я не выдерживаю и блюю в раковину. Спазмы в желудке не дают мне покоя. Я позволяю себе как следует очистить кишечник, завывая и скуля полусогнутый над этой ёбанной раковиной.

Только после этого я задираю башку, сталкиваясь взглядом с девчонкой в отражении зеркала.

Это тощая бледная поганка в очках. Вообще ничё особенного, мы таких в школе задирали.

А девчонки вообще таким, как эта очкастая, тёмную устраивали, чтоб те жизни нюхнули.

Я часто моргаю, притягивая руку к своей роже, и хватаюсь руками за то, что щекочет мне лицо.

Очки в отражении смещаются девушке на лоб, а у меня резко ухудшается зрение.

Я возвращаю всё как было. Надеваю эти ебучие очки обратно на переносицу, продолжая молча глядеть в зеркало.

– Ты кто… – Звонкий женский голос вырывается из моей пасти вместо привычного баса курильщика. – Нахуй… – Я вдыхаю побольше воздуха, опуская ладонь себе на грудь.

Она оказывается необычайно мягкой. И в паху я больше не чувствую того привычного натяжения. Там всё между ног проветривается. Как в две тысячи пятом, когда батя с матей возили меня на море и не парились с купальным нарядом.

Я обхватываю лицо в отражении зеркала руками и медленно выдыхаю.

Затем вдыхаю ещё раз, только нервно, и ору как резанный:

– Какого хуя?!

Глава 2

Верно мать говорила, алкоголь – не зло, а ловушка дьявола.

Почти как доступная симпатичная тёлка с ЗПП. Достаточно рискнуть однажды, чтобы жалеть об этом остаток жизни.

Я натягиваю на себя что-то мешковатое, а из мешковатого в доме валялась только здоровая толстовка и затёртые спортивки. Мне жутко стрёмно во всём этом.

На всякий случай я накидываю капюшон и очки надвигаю как можно глубже на переносицу. Я бы предпочёл идти вообще без них, но без них я нихуя не вижу.

В таком виде я выперся на улицу.

Нагроможденные всюду бетонные высотки и кипящая жизнь припечатывает меня к стене панельного дома.

На всю улицу гудит клаксон авто, кто-то с кем-то рамсит на ходу, по улицам рассекают электросамокатчики, скейтбордисты, и другая мистическая дичь большого города.

От суеты становится дурно.

Я забегаю в магаз, достаю первое попавшееся под руку пиво из холодоса и подхожу к кассе.

– Паспорт, – цокнула тётка с другой стороны стойки.

Я пялюсь на неё так, будто она полоумная.