Я люблю тебя. Тихо! Всё должно быть красиво

 – Дайте мне мальчика! Чем я хуже Эбигейл?

– Черт! Это будет потяжелей, чем D-day… кто уведёт её с пляжа? – Дональд обратился к своей команде. Истерики у конкурсанток встречались, но не часто.

– Может попросим одну из подруг, Джуди, например? – робко спросил Джерри.

– Джуди! – отдал приказ в наушник Дональд. – Милая, я на тебя не сержусь за твой «прокол». У меня есть небольшая просьба к тебе: пойди отведи Марго в душ. Спасибо, милая, мы все любим тебя.

Джуди, не дойдя до ресторана, была вынуждена развернуться.

– Ну, если не дадите мальчика… то дайте хоть что-то… мягкое… тёплое… живое!

– Джуди! Беги обратно в ресторан! Быстро! – закричали в Контроле.

– Давай, Тиффани! Это представление надо заканчивать. Иди! – Дональд подтолкнул свою партнёршу к выходу. Марго на пляже не унималась:

– Мистер Хауэр, я вас хочу. Сейчас же! Вы ведь помните, как нам с вами было хорошо два года назад?

– Это вообще переходит все границы! Она что, забыла о субординации? Это, чистой воды харрасмент! Тиффани, вколи ей что-нибудь, я сейчас туда робота пошлю.

После обеда ребята пошли в свой корпус. Наступило время сиесты. Комплекс находился на южном побережье. Пляж выходил на нестерпимо горячее Ливийское море. Это была самая южная точка Европы. Жара стояла страшная. В кустах заливались цикады. Сиеста, в таких условиях, была не роскошью, а необходимостью. Кто хотел – спал, кто нет – занимался своими делами.

Ребята Эбигейл жили в одной большой комнате. Так же располагались другие команды. Это было сделано с целью подъёма командного духа. Они рухнули на кровати, и Крис потребовал:

– Ну давай Адам, рассказывай, что за проблема у тебя.

– Сразу скажу: это история скорби и печали. Как некоторые из Вас знают, я уже третий раз участвую в этом разврате планетарного масштаба.

– И что, при твоей то внешности, тебя ни разу не выбирали девчонки? – удивился Брайан. У него было отличное настроение.

– В том то и дело, что меня девки выбирали два раза… только вот сегодня я стал жертвой осы.

– А почему ты не попал на «империю»? – робко вставил Том.

– Всё было очень просто. Первый раз меня и ещё четверых несчастных выбрала совершенно сумасбродная девица. Она решила, что ей всё позволено.