Я люблю тебя. Тихо! Всё должно быть красиво

Ну вы понимаете, мы тут на положении рабов, и вот эта «рабовладелица» стала издеваться над нами. Зрителям было весело. Нам… не очень. – продолжал он.

– Народ, вы не поверите, но её любимым занятием было строить из нас геометрические фигуры… скульптурные композиции. Она нам говорила, что собирается стать художницей. И это при средиземноморской жаре! Всё кончилось печально. Один из парней упал с дерева, на которое она заставила его забраться в поисках художественного образа, и сломал ногу. Девицу с треском выперли из шоу, по совокупности заслуг… нас отправили в резерв.

Но я бы с ней на «империю», ни за что бы не пошёл.

– А второй раз что случилось? … снова «не та девушка». – поинтересовался Крис.

– Второй раз было хуже. Меня выбрала девица… как бы это сказать получше. В общем она была не особо красивая. Она была «исправленная» … этими козявками, что нам в вены впрыскивают.

– Да ладно врать то! Это невозможно, чтоб сюда взяли хотя бы не привлекательную. – запротестовали парни.

– Зато, у неё был папа… председатель сенатского комитета по… не помню… спасению пингвинов Гумбольдта, кажется.

И, как не странно, она выиграла жеребьёвку, и выбрала меня. В общем, она знала, зачем сюда пришла, особо не старалась. От меня требовалось таскать ей холодную черешню, от которой она была без ума… и, втихую, удовлетворять её. Все дроны, почему-то в это время, дружно улетали на профилактику.

– Тебе грех жаловаться. Дочка сенатора – отличная партия, живи и радуйся. – сказал Крис.

 – вот мне такого не светит.

– Так-то оно так. Я лично был не против. Мы не пошли на «империю» … ей то это зачем? Объявили о помолвке. Её папаша арендовал нам дом. Но прожить с ней я смог только полгода.

– Почему?

– Я сбежал. Дело в том, что девица нахваталась на этом шоу дурных привычек. И самая дурная была вскидывать указательный палец вверх и орать, что есть мочи «Тихо!», да так громко, что на соседнем хайвее останавливались машины. Делала она это по двадцать… сорок раз на день, в зависимости от результатов выступлений наших фигуристок и графика её месячных.

В общем, я был при ней, как золотистый ретривер: должен был молчать, вилять хвостом и… удовлетворять её.

– Вот такая печальная история. Я уговорил одного человека… здесь, и он втиснул меня в третий раз. И вот я снова «в пролёте» из-за чертового насекомого. У меня к Брайану претензий нет, ему и так сегодня досталось. Но Эбби мне очень понравилась: и умная, и красивая.