Синие пески.

В опасной близости быть затоптанной или того хуже зарубленой дерущимися мужчинами. Чувствую как ладони утопают в мелких песчинках почти по кисти, и маленькие острые грани впиваются в тонкую нежную кожу.

Ветер усиливается, закручивая в вихри песчинки, которые в свете закатного солнца окрашиваются в синий цвет. Их движения становятся быстрыми, а движения мужчин напротив медленными. Ждан свободной рукой придерживает бок, и я замечаю как что-то алое просачивается на белую ткань рубашки. Песчинки бьют в лицо сильными порывами ветра, раскаты грома проносятся рядом отчего закладывает уши.

Маленький проблеск света, утопает в черных тучах, гонимых бурей. Только емоний жадно скалится. Он находится в своей среде, ему не страшно. Мне кажется его напротив подстегивает азарт. Он наносит серию стремитильных ударов, так что солдат еле успевает увернуться. Враг отвлечен, что дает мне шанс запрыгнуть ему на спину и силой дернуть куфию на его голове закрывая обзор. Он пытается сбросить меня, но я успеваю вцепиться ему в лицо ногтями. Ждан получив небольшую передышку, перехватывает поудобнее меч.

Но тут из тьмы на лошадях по колено провалившихся в песок появляются неизвестные мне люди или емонии. В бушующем ветре, когда плотная завеса песка мешает разглядеть, не разберешь. От испуга я разжимаю хватку, но не успеваю упасть как меня подхватывают за край каис. Сильный рывок, что мне кажется как слышен треск ткани. Страшно настолько что я кричу до хрипа в голосе. Ждан хочет было дернуться в мою сторону, но ему приходится обороняться от новых противников.

Тупая ноющая боль, цветком распускается в затылке. В глазах темнеет,

и прежде чем провалиться во тьму, я вижу как Ждан приваливается на колени, и смиренно склоняет голову. В свете вспыхнувшей молнии сверкает сталь скимитара.

Мое сознание погружается во тьму.

Глава 5.

Просыпаюсь от жажды. Горло раздирает сухой, жаркий воздух. Он обжигает легкие отчего каждый последующий вдох дается с трудом.

Языком трогаю разбитые и потрескавшиеся губы, чувствую слабую ноющую боль во всем теле. Трогаю лицо и только шиплю от боли. Все что было раннее вечером помнится смутно и обрывками.

Испуганные глаза цаки, и их истошные крики утопают в сильном порыве ветра. Силуэты размытые от поднятых в воздух песчинок. Отблески стали в этом мире теней, где они смогли из-за стихии вырваться наружу. Все смешивается в один черно-белый водоворот воспоминаний.