Игольница

Кто тебя, бестелесная, спрашивать будет? Если с миром незнамый пришел – помогу, а коли беду принес – охраняйте меня да спасите, духи предков!

Мотну головой, убрав локоны рдяные непослушные за спину. В глазах своих, что сейчас цвета неба весеннего, словлю страх. Хватит! Ничего в людях страшного нет. Зло в поступках кроется, а от них не сбежишь вовек, как бы не прятался.

Дверь отворю. Прохладой в лицо дохнет, по щекам разгоряченным, как теркой царапнет. Шаги не считая, пойду в коридор. Там темно, только полоса, что лента белая, из комнаты передо мной побежит.

Солнце всюду найдет путь. Свету всегда легче во мраке. Его лишь вовремя заметить нужно.

Сердце внезапно зайдется, как одурелое. Нет у меня защитных заклинаний и охранных духов нет. И предки все давно почивают-молчат десятилетия, даже бабушка Соня меня оставила. Вот уже вторую зиму без нее. Никто мне не подсобит да не подскажет, как поступить правильно.

3

Входную дверь дубовую толкну с трудом и приму на себя волну ледяную, морозную.

А за ней взгляд темный, тяжелый. Из-под бровей густых да черных. На голове шапка темная вязаная, волосы цвета спелой пшеницы прикрывает, скулы строгие подчеркивает, а на широких плечах пальто с высоким воротом, будто крылья воронья. Черное, только пуговки мерцают звездами. Стоит молодец, вытянувшись, как солдат, и молчит. Туфли лощеные в снегу утопнут, а темные брюки до колен украсятся белесыми пятнами.

– Вы пришли ко мне, вам первому и говорить, – подстрекая, пытаюсь улыбку на лицо натянуть.

Но никак не идет. Скалюсь, чувствуя, как губы зудят от напряжения. Предчувствие холодной иглой войдет в ребра и не позволит дышать.

– Зря приехал, – выдохнет гость горько и отмахнется. Глянет вдаль темным взором: болезненным и тягучим, как смола. Ногу с порога спустит и плечи повернет. Чувствует, что беду принес? – Вы Адела? – бросит через плечо, а сам уже уйти готов.

– Я. А что надо-то?

– Малолетка мне вряд ли поможет. Извините.

Снег захрустит под тяжелыми ботинками: «Иди, иди и не возвращайся».

– А сколько лет-то нужно для помощи? – брошу вслед, глупая. Кто за язык тяпнул?!

Молодец замрет на миг, зубами заскрипит, но не ответит. Только побежит по мне взглядом, будто ладонью теплой. Не касаясь. А у меня под коленками задрожит, словно я на телеге по каменистой дороге еду. Дух выбьет и дыхание тяжелым станет. Давно одна в четырех стенах. На людей реагировать стала странно. Иль особенный он?

– Зайдите, хоть отогрею вас.