Разносчик пиццы

Тут молния как раз сверкнула. Наверное, я в ее свете неправильно расстояние оценил, мне показалось, что по левой дорожке к дому короче подойти. И вот, когда я подошел к тому валуну, – он головой мотнул в сторону лежащего тела, – вдруг из окна что-то полетело.

– Ты сразу понял, что упал человек?

– Ничего я не понял. Темно было, и ветки дерева мешали рассмотреть, что там. Машинально подошел глянуть, тут опять вспышка молнии… а у нее глаза открыты и… кровь… на валуне.

Он замолчал, видимо переживая все заново, и судорожно сглотнул.

– Дальше?

– Не помню. Кажется, я бросился бежать, поскользнулся на траве, коробки из рук выронил. Там лужа в низине дождем налилась, в нее все и упало.

– Покажи, откуда и куда ты шел?

– Вот так, – парень повел рукой, показывая путь.

– Сомнений в том, что женщина мертва, у тебя не возникло? А вдруг она была еще жива?

– Нет. Говорю же, у нее глаза были открыты и взгляд мертвый, в небо. И еще шея неестественно вывернута.

– Что было потом?

– Не помню.

– Ну как же не помните, – влез в разговор Филипп, – вы же в дверь входную принялись колотить ногами!

– Да. Я стучал. Но меня такая паника охватила, я совершенно не знал, что делать. Сначала, кажется, к выходу с перепугу кинулся, потом вспомнил, что заказ не довез и без росписи в квитанции мне на работу нельзя, и вернулся. А какая квитанция – пицца-то испорчена. Потом подумал, что должен что-то сделать, милицию, что ли, вызвать… Кинулся к дому.

– Ногами, – уточнил Филипп.

– Да, ногами! Потому что руками у меня не получилось достучаться. Вы не слышали!

– Там звонок есть.

– Я его не увидел. – Парнишка угрюмо насупился и замолчал.

– Ладно, хорошо. Успокойся, – как можно мягче сказал Лямзин. – Будь пока здесь, сейчас пойдем в дом.

Он пошел к собиравшейся уезжать опергруппе, на полпути повернулся и крикнул:

– Никуда не расходимся! Сейчас буду брать свидетельские показания.

– Да догадались уже, грамотные все, – прошипела Валерия.

Филипп повернулся и внимательно посмотрел на нее.

– Откуда такая просвещенность, мадам, неужели к детективам пристрастились?

– Ах, оставьте, и без вас тошно.

Мара сидела на одном из валунов, вытянув вперед ноги и свесив по бокам руки, что делало ее похожей на большую тряпичную куклу. Она смотрела рассеянно, вряд ли понимая, что происходит вокруг, но при словах Валерии глаза ее вдруг прояснились.