Я выжгу в себе месть

Отчасти им помогал Кощей. Может, поэтому Смерть не трогала его, что он помогал и ей, и богам, и душам? Не самый благодарный труд, хоть и благородный.

Интересно, что заставило Кощея отречься от Жизни? Тут тоже оставалось полагаться на слухи. Старшие еще в детстве рассказывали Врану, что Кощей Бессмертный когда-то давно был юношей, полным надежд и веры в лучшее, а после познал войну, кровь, море предательства и коварства, поседел раньше времени и возненавидел даже воздух, которым дышал. Все вокруг казалось ему отравленным человеческой хитростью и двуличием.

Тогда Кощей, охваченный презрением, чуть ли не плюнул богам в лицо, Он сам ушел в царство Смерти раньше своего срока, но Смерть не знала, что с ним делать, – для Навьего царства он был слишком чист. Но боги не пустили его в высший мир. С тех пор сидел Кощей в костяном дворце, хмурился, писал о всяком знакомым ведьмам, иногда посылал подарки и ничуть не менялся со временем.

Многие ворожеи были ему благодарны, ведь только он добывал мертвую воду, бесценную для разных колдовских дел.

Вран не мог унести много, поэтому приходилось ведьмам довольствоваться небольшими сосудами или волшебными мешочками, но и это было им в радость.

Вран летел над мрачным Лесом. Внизу шипели духи Нави. Те, что посильнее, принимали облики прекрасных девок. Они предлагали ворону сладости, кровь, воду и много отдыха. Вран вскидывал голову, чтобы не видеть их, – вокруг царила серость вместо ясного неба. В мире мертвых не светило солнце – вечнозеленые кроны плотно окутывал густой туман, скрывая то, что творилось в вышине.

Но Вран и так знал, что за туманом лишь бескрайняя пустота.

Удивительно, как Кощей не сошел с ума, прожив не один век в одиночестве, среди тварей и мрака. Наверное, он видал и худшее. Возможно, его хотели убить лучшие друзья или полюбовница. А может, и то и другое – не просто так он поседел в молодости. Если судить по его виду… Вран сказал бы, что Кощей познал всю черноту мира. Незавидная участь.

Врана передернуло от одной мысли об этом, и он ускорил полет над безумным и жутким Навьим миром.

Чего только стоили лики, вырезанные на стволах деревьев! Они изображали мучения и словно кричали: «Остановись!» Но стоило замереть и засмотреться, как из ниоткуда наверняка появились бы лапы… В Навьем мире нет живых, никаких путников.

Чем раньше он вернется к живым, тем лучше. Там и передохнет, и отоспится, и восстановит силы.

Лихое пламя отплясывало в глазах Мрака. Ягиня внимательно наблюдала за гостем.