Я выжгу в себе месть

Остальное сама доберет, в конце концов, рядом с Василикой останутся Всполох, и Домовой, и, собственно, Кощей. Страшно было оставлять молодицу без попечения, но что поделать? Кислица ведь тоже ушла, оставив Ягиню посреди Леса в окружении духов Нави. Правда, ей было проще – в спину не дышал Мрак. Вообще всадники тогда быстро приняли новую хозяйку. А Месяц – удивительное дело – даже подарил серебряное покрывало, которое грело в самые лютые морозы. С тех пор Ягиня всегда подавала ему самые вкусные яства, ставила на стол наваристую мясную похлебку со свежими лепешками.

– Ох! – воскликнула ведьма. – Вот ведь память-то! Совсем забыла сказать!

Она не рассказала Светочу и Месяцу о том, что после ее ухода изба на время опустеет. Наверняка обидятся, но что уж тут поделать? Не Всполоху же принимать гостей? А Домовой не станет выполнять ее работу.

Задумавшись о будущем, Костяная Ягиня совсем забыла про Василику. Пришлось выйти во двор, чтобы проверить, насколько хорошо хранят дом обережные знаки, не стерлись ли они еще, ведь чертила она их… давно, уже и не вспомнить.

Года два или три назад? Надо бы проверить. Если защита ослабеет, нагрянет лесная нечисть. Не зря ведь нежить у ворот скребется, тянет когтистые лапы, только ничего у нее не выходит. Ведьмина изба была крепостью и держалась на заговорах и магических знаках, кругом оплетавших двор, золотившихся, горевших огнем и прогонявших незваных гостей прочь.

– Беда, хозяюшка! – подкатился к ногам Всполох.

 – Беда нагрянула, горе горькое!

– Говори, – нахмурилась Ягиня.

– Ускакала наша Василика с этим, – скривился дух. – Ворвался в избу, черный, страшный, глаза горят! Подхватил – и на коня! Я даже ахнуть не успел!

И права ведь была Ягиня, сотню раз права! Беда не покидала дом – она притаилась змеей и выжидала, пока ведьма отвлечется. Слишком покладистым был Мрак, слишком быстро ускакал.

Молодцы часто обижали девок. Об этом Василике рассказывала кормилица давным-давно.

Поэтому девица не злилась на Ягиню и сидела в предбаннике, ожидая, пока та спровадит гостя. Что черный всадник не уехал, а лишь притаился за воротами, Василика поняла только тогда, когда он схватил ее за руку, вытащил со двора и посадил в седло. Все случилось тихо и быстро, даже конь не заржал, а после пошел бесшумно. Но Всполох заметил – вскрикнул и покатился шаром прочь.

Они промчались через перелесок, где-то в стороне мелькнуло знакомое болото.