Скажи пчелам, что меня больше нет

Я с сомнением перевела взгляд с каменного фундамента на плывущие по небу облака.

– Крыша?

– Ну скорее всего из парусины, – признал он. – И тем не менее.

Джейми встал и, слегка морщась, потянулся.

– Почему бы тебе не передохнуть? – предложила я, взглянув на его ногу. Он заметно хромал, а нога походила на яркое лоскутное одеяло красного и фиолетового оттенков, с черными стежками моей штопки. – Эми оставила нам кувшин пива.

– Возможно, чуть позже, – сказал он. – А ты чем занята, саксоночка?

– Собиралась приготовить мазь из ягод остролиста для Лиззи Бердсли и немного укропной воды для ее малыша.

Не знаешь, ему уже дали имя?

– Губерт.

– Как?

– Губерт, – повторил он с улыбкой. – По крайней мере, так мне позавчера сказал Кеззи. Говорит, это дань уважения покойному брату Моники.

– Хм. – Отец Лиззи, Джозеф Уэмисс, женился во второй раз на славной, хотя и немолодой немке, и Моника, не имевшая собственных детей, стала верной бабушкой растущему потомству Бердсли. – Возможно, они смогут называть его Берти, для краткости.

– У тебя закончилась кора хинного дерева, саксоночка? – Джейми ткнул подбородком в сторону открытой аптечки, стоявшей на земле рядом с ним. – Ты ведь из нее готовишь тоник для Лиззи?

– Да. – Я подивилась его наблюдательности. – Только последняя закончилась три недели назад, и с тех пор никто не ездил в Уилмингтон или Нью-Берн, чтобы я могла заказать еще.

– Ты говорила об этом Роджеру Маку?

– Нет. А он здесь при чем? – озадаченно спросила я.

Джейми привалился спиной к угловому камню, всем видом демонстрируя снисхождение, какое обычно проявляют в беседе с не вполне догадливым человеком. Я фыркнула и бросила в него ягоду остролиста. Он поймал ее и придирчиво рассмотрел.

– Они съедобные?

– Эми говорит, пчелам нравятся цветы, – неопределенно ответила я, высыпая большую горсть темно-фиолетовых ягод в ступку. – Но, скорее всего, их неспроста называют желчными ягодами.

– А-а. – Джейми бросил ее обратно в меня, и я увернулась.

 – Ты сама сказала, саксоночка, что Роджер Мак вчера изъявил намерение вернуться к служению. Ну и, – терпеливо продолжил он, не видя на моем лице намека на просветление, – что бы ты на его месте сделала в первую очередь?

Я зачерпнула из горшка большой шарик бледно-желтого медвежьего жира и бросила в ступку, размышляя, не добавить ли отвар ивовой коры, и одновременно обдумывая вопрос Джейми.

– Знаю! – Я направила на него пестик.