Скажи пчелам, что меня больше нет

 – Обошла бы своих бывших прихожан, если можно так выразиться, и сообщила им, что Мэкки-Нож вернулся в город[31 - Мэкки-Нож – прозвище главного героя «Трехгрошовой оперы» (1928) Бертольта Брехта. Строка «Мэкки-Нож вернулся в город» взята из написанной для пьесы баллады, перепетой многими известными исполнителями.].

Джейми с тревогой взглянул на меня и тряхнул головой, отбрасывая нарисованный мною образ.

– Точно, – согласился он. – И представилась бы тем из них, кто появился здесь после твоего отъезда.

– Так что через пару дней все в Ридже – и, вероятно, половина мужского хора в Салеме – будут в курсе.

Джейми любезно кивнул.

– Да. Все узнают, что тебе нужна хинная кора, и ты, скорее всего, получишь ее в течение месяца.

– Тебе нужна хинная кора, Grand-m?re?[32 - Бабушка (фр.).]

Из леса за моей спиной вышел Жермен с ведром воды в одной руке, другой прижимая к груди вязанку хвороста; на шее у него висело нечто похожее на дохлую змею.

– Да, – сказала я. – А это?..

Но он обо мне уже позабыл: его внимание приковала изувеченная нога деда.

– Formidable![33 - Жуть! (фр.).] – воскликнул он, роняя хворост. – Можно посмотреть, Grand-p?re?[34 - Дедушка (фр.).]

Джейми сделал изящный «пригласительный» жест, и Жермен, округлив глаза, наклонился ближе.

– Мэнди сказала, что медведь откусил тебе ногу. – Он осторожно протянул указательный палец к дорожке шва. – Только я ей не поверил. Сильно болит? – спросил он, глядя Джейми в лицо.

– А, не переживай, – небрежно махнул рукой тот.

 – Немного погодя буду копать нужник. Что у тебя за змейка такая?

Жермен услужливо снял обмякшую змею и передал ее Джейми, который явно не ожидал подобного подношения, однако с осторожностью его принял. Я опустила глаза на свою ступку и улыбнулась. Джейми боялся змей, но мужественно скрыл сей факт, взяв ее за хвост. Это был большой маисовый полоз – почти три фута оранжево-желтой чешуи, яркой, как вспышка молнии.

– Ты убил его, Жермен?

Прервав работу, я хмуро взглянула на змею.

Я неоднократно объясняла детям, что не следует убивать неядовитых змей, так как те охотно поедали мышей и крыс, однако большинство взрослых в Ридже считали, что хорошая змея – мертвая змея, и переубеждать их было бесполезно.

– Нет, бабушка, – заверил мальчик. – Он ползал в твоем саду, и Фанни погналась за ним с мотыгой, но я ее остановил. А потом малютка проскользнул через забор, прыгнул на него и сломал себе… – Жермен сдвинул брови, глядя на змею.