Небо на троих… и два дракона в подарок!

Стоило первой же капле моей крови соприкоснуться с кровью драгхов, как она тут же вспенилась, зашипела, меняя цвет… После ещё нескольких капель шипеть перестала. Зато цвет сменила на оранжевый, даже светящейся. Подвижный! Словно жидкое пламя! Я прислушалась – она ещё и потрескивала!

Драгхи подписали договор по очереди, затем перевернув, подвинули его ко мне, как и заправленное этой нашей смешанной кровью перо.

Коротко выдохнув, я размашисто расписалась под ним:

Ингури Рамаян, по отцу – Майер.

И, как оба наследника, поставила рядом с подписью сегодняшнее число.

В тот же момент моё тело, от макушки до пят, прошила сладкая молния. Перед глазами сверкнуло, поверх картинки наложилась ещё одна реальность: вместо тяжеловесного шика кабинета, в котором мы находились вдруг проступили белые светящиеся стены в древних орнаментах, причудливые линии которых были выложены разноцветными кристаллами.

По мраморной дорожке величаво ступал тигр.

Огромный!! Вот примерно величиной с буйвола долины Лотоса – а тамошние буйволы достигают двух с половиной метров в холке!

Верхом на тигре ехала девушка в развевающемся платье.

Священный узор, украшающий наши пещеры. «Рамаян» значит «Дар Солнца» и такие светящиеся золотые цветы распускаются по ночам в прериях.

Смуглое лицо девушки, горделиво восседающей на тигре, несмотря на яркий, пожалуй, даже чересчур яркий макияж тоже показалось смутно знакомым…

Но девушка была далеко, и куда больше её внешности мое внимание привлекли распахнутые огненные крылья за её спиной!

Крылья феникса!

У меня дыхание перехватило от волнения.

Но когда оба драгха встали со своих мест и с ничего хорошего не обещающими хищными улыбками двинулись ко мне в обход столика, наложившаяся реальность мгновенно растаяла в воздухе.

Я осталась наедине с двумя явно озабоченными в силу своей одержимости фениксами драгхами.

И моя собственная подпись под договором подтверждает, что отныне я – их собственность.

Я принадлежу им.

Я, Ингури Рамаян – их рабыня.

Глава 12

– Страшно, птичка? – ухмыляясь, спросил Арнэй Адингтон, присаживаясь рядом. Слишком близко, слишком тесно. Слишком… тревожно. Я тут же попыталась отодвинуться, но бедро с другой стороны обожгло близостью Даура Адингтона.