Небо на троих… и два дракона в подарок!

– Ты бесподобна, пичужка, – прошептал драгх, снова приподнимаясь надо мной, и, прежде, чем поцеловать в губы, хрипло произнёс: – Недаром мой брат потерял от тебя голову…

На этот раз поцелуй был долгим. Жадным, ненасытным, моментами даже похожим на череду укусов. Я захлёбывалась от переполняющих меня эмоций, ощущений, пронзительных и невыносим-острых, от чувства собственной беззащитности, от самой ситуации, от трепещущей, бесстыжей темноты спальни…

Драгх навис надо мной, прижимая мои запястья к кровати и лишая возможности двигаться.

– К вам надо привыкать постепенно, пичужка, даже к полукровкам… слишком быстро наступает эта проклятая зависимость. И трахать вас следует как можно реже поначалу, пока не произошла магическая сонастройка. Первый же раз лучше оттягивать настолько, насколько хватит выдержки… Рядом с тобой слишком хорошо, девочка. Слишком… сладко. Слишком…

И он снова припал к моим губам в коротком поцелуе, и снова принялся с жаром терзать чувствительные соски, сминать пальцами набухшую томительным желанием, потяжелевшую грудь.

Каждое его прикосновение, движение языком, прикусывание, посасывание отдавалось сладким спазмом внизу живота. Я с трудом отдавала себе отчёт в том, что начинаю ёрзать под Дауром Адингтоном, раздвигать бёдра, словно умоляя взять меня.

Нас разделяет лишь тонкая ткань покрывала…

Провожу ладонями по мускулистой обнажённой спине, скольжу кончиками пальцев по твёрдым и крепким ягодицам… Понимаю с запозданием, что драгх голый.

Абсолютно голый! Как и я… Из одежды на мне лишь корсет, скрывающий крылья.

Глухо выдохнув, драгх вдруг отстраняется.

А я, к своему стыду и позору, разочарованно стону, силясь шире развести бёдра.

Даур Адингтон замирает надо мной, какое-то время смотрит пристально, словно решает в уме математическую задачу, а затем вдруг встряхивает головой, отчего светлая, холодного оттенка прядь падает ему на лоб, придавая хулиганский, даже мальчишеский вид.

– Никто не говорит о трахе, – сказал драгх непонятно к кому обращаясь, – но нигде не сказано, что мы не можем провести время с пользой и по-другому, детка.

Он отстранился и дёрнул вниз покрывало. Обнажил меня полностью. Торопливо и деланно небрежно приласкал грудь, заставляя выгнуться и, судя по пристальному взгляду прищуренных глаз во всю наслаждаясь моими пунцовеющими щеками.