Охота на ведьму

Довольно грубо, кстати. Но эта его грубость позволила не расклеиться окончательно, а прийти в себя. И соображать начать.

Решив отложить самоедство по поводу того, что разревелась, как дурочка, перед идейным врагом, я стряхнула его руки со своих плеч и прокричала, силясь переорать Леркин рёв:

– Если это симпатика, есть один способ!

– Рита, нет! – Ралфи с полуслова меня понял и решительно помотал головой.

– Да! – рявкнула я. – Ты тоже нашу связь разглядел.

Если удастся подобраться к гидре поближе, что, учитывая её настроение, будет очень и очень непросто, есть шанс… Один из сотни, если не из тысячи, что мне удастся перетащить симпатические чары на себя.

Не зря же у нас с Леркой связь есть! Не такая, как с Касперским, конечно, но всё же.

А поскольку эти симпатические чары не на меня настроены, значит, и стянуть их с меня будет легче, чем с гидры.

– Значит, так! – кто-то, кажется, окончательно пришёл в себя, и этот кто-то – я. – Я попробую подобраться к ней и загнать её обратно! Нужно только её отвлечь… Ты псионик, у тебя получится!

– И не подумаю!

– А ты не думай! Ты действуй!

– Ты не сделаешь этого, Рита!

Я хмыкнула.

Не только сделаю, я, если ты не заметил, уже делаю.

– Рита! Нет! – успел крикнуть ведьмак, но я оказалась быстрее.

На моё счастье, один из ловцов не удержался на метле и рухнул шагах в десяти от нас. Метла, само собой, послушным хвостиком спустилась следом.

– Каспер! Проверить, что с ним. – В ловце я узнала Рому Медведева.

– Рита! – ощерился кот, в виде исключения целиком и полностью занявший сторону Ралфи.

– Не рассуждать!

Прежде чем Ралфи самым подлым образом попытался остановить меня чарами внушения, я вскочила на одинокую метлу и ринулась к коллегам, кружащим вокруг гидры. Донесшееся в спину проклятье посчитала за пожелание удачи.

– На Лерку воздействуй! – крикнула сверху ведьмаку.

Гидра буйствовала, ревела, никого близко не подпуская.

Подобравшись к гидре поближе, я убедилась в словах Ралфи: симпатика.

Но если б не знала, куда смотреть, фиг бы что разглядела. А всё потому, что моя питомица билась в агонии, и аура её полыхала кроваво-красным. Лерке было больно. Очень больно!

Сделав крутой вираж, я увернулась от одной из голов, лязгнувшей зубами у самого уха.

– Сеть! – крикнула я парням наверху.

Сетью гидру накрыть было не так-то просто: обезумевшее от боли животное не задерживалось на одном месте.