Путь единственной

Эрам скрежетал зубами, вспоминая вчерашний разговор с отцом, когда тот обещал ему решить вопрос с проклятой свадьбой.

И теперь этот демонов приём в честь их помолвки!

Он чувствовал себя зверем, угодившим в западню. И, что хуже всего, ничего, решительно ничего не мог поделать, чтобы не подставить под удар Мишель. Темнейшая Лилит! Он ведь даже не знает, что с ней! И от этого демоного сыщика ни слуху, ни духу…

– Ну конечно, столько хлопот, но это, конечно приятные хлопоты, – вещала леди Эвена Рассел.

 – Нинет в последний момент передумала и хочет красное платье! Красное, представляете? В то время, когда в моде коралловый…

Марго де Вуд участливо кивала.

– Конечно, я подозреваю, что сделала она это не потому что всегда шла против моды и задавала ей тон сама, а потому, что я терпеть не могу этот цвет. Теперь приходится заменять пригласительные, да и всю гамму свадьбы. Эрам, мальчик мой, ты ведь позволишь тебя так называть? К красному платью невесты идеально подойдёт чёрный.

Ты же не изменишь своему обыкновению, будешь в чёрном костюме?

Эрам посмотрел на леди Эвену так, словно только увидел. Этот взгляд заставил Марго де Вуд прищуриться и еле слышно зашипеть. Впрочем, шипение оборотня-пантеры мог уловить только чуткий слух высших демонов. Чете Расселов была адресована ослепительная улыбка.

– Конечно, дорогая, Эрам слишком хорошо воспитан, чтобы расстроить невесту, особенно в день свадьбы. Правда, милый?

Эрам задумчиво посмотрел на мать. Впрочем… почему это он ничего не может поделать со сложившейся ситуацией? Одно его слово… и он положит конец этому фарсу!

И пусть отец женится на такой выгодной партии сам.

Осушив залпом стакан неразбавленного бренди, «жених» вычислил в толпе приглашённых инферна и подозвал его жестом. Вместе с репортёром, как стервятники, что учуяли добычу к ним стали проталкиваться ещё несколько его собратьев.

Леди Марго обменялась тревожными взглядами с леди Эвеной. Только Нинет, казалось, не было никакого дела до поведения жениха.

Создавалось ощущение, что ей вообще ни до чего нет дела.

Молодой джинн, поверенный отца, опередил инфернов.

Возникнув из толпы неожиданно, как гном из коробочки, он склонился к самому уху Шерлеза де Вуда и что-то проговорил.

Глава корпорации окинул своё семейство и семейство Расселов с деланно-виноватым видом.

– Прошу простить меня и моих мальчиков. Срочные новости с рудников. Ещё раз просим нас извинить.