Стражница поневоле

– Я просто там работаю, – сухо сказала Рита, злясь, как быстро некоторые умеют на ходу создавать сплетни.

– Но вы же там и живете, – хмыкнула Жужу.

Подколка певички совсем добила Риту. Она мельком оглядела компанию, остановив свой взгляд на Люсьене, но вид у того был абсолютно равнодушный, а что до других, то как она поняла, главное для них была не репутация, а что человек из себя представляет, а фамилия Дюпарк для них была символом богатства, и придавала весомости даже Рите, работающей на нее. Теперь Рита понимала, почему воры так настойчиво пытались ограбить ее хозяина.

Кажется, Дюпарк в этом мире был сродни какому-нибудь Биллу Гейтсу или Цукербергу.

Так что Рита не собиралась объясняться перед Жужу, что она и вправду лишь помощница Шарлю, это выглядело бы как оправдание. А оправдываться перед певичкой она не собиралась, а потому спокойно промолчала.

– Я бы хотел взять у вас интервью, – сказал друг Клэр, – насчет этого Дюпарка.

– Филипп Брасс, журналист, – с гордостью пояснила Клэр, взяв под ручку своего друга и видимо возлюбленного.

– Надеюсь, это не вы писали сегодняшнюю статью о нас, – сказала, нахмурившись, Рита.

– К сожалению, нет, – ответил он. – Так как Шарль Дюпарк таинственная личность, на него публика хорошо клюет, а потому и журналистам хорошо платят за статьи о нем. И все что происходит, или находится вокруг него, так же представляет интерес, да хотя бы его огромное поместье.

– Поместье Дюпарков внушает уважение, не дом, а крепость, – сказал граф Дэстен.

 – Я как-то, лет десять назад, встречал месье Дюпарка, точнее видел мельком в экипаже. У него потрясающий выезд, каждая из шестерки этих потрясающих скакунов стоит целое состояние, такой выезд может сделать честь и самой королеве. И если верить слухам при дворе, многие из старинных родов в долгу у месье Дюпарка, да у него занимал невероятную сумму даже… – он изобразил пальцами на голове корону и шепотом добавил: – даже покойный Людовик восьмой, отец нынешней королевы.

– Отец королевы, – повторила Рита и с удивлением сказала: – когда это было? На вид месье Дюпарку лет двадцать пять, двадцать семь.

– Правда? – оживилась Клэр, отчего у нее даже ее пухленькие щечки порозовели еще больше, – но он всегда скрывается и никто не знает, как он выглядит. Так он молод, красив? – она с нескрываемым любопытством глядела на Риту.

– Как он может быть молод, когда о нем говорили и двадцать лет назад в мою молодость, – сказал граф Дастен.