Наложница дракона

Тот посмотрел на меня долгим взглядом.

– Я рад, что ты выжила, дочь, – сказала так неискренне как-то.

– Что-то мне подсказывает, что твои мысли сильно расходятся со словами, отец, – ну, что думаю, то и говорю, не в пример некоторым. Клянусь, если бы не лежала, распластавшись, бледная, какая-то обескровленная на кровати, ударил бы. Шагнул по направлению ко мне, но замер. – Почему ты это сделал? Так поступил со мной?

– Дочь дракона – ценный приз. Ее можно отдать клану и породниться с ним навеки, – сказал отче.

 – Но дочь-дракон бесценна. Такой подарок нельзя забыть даже через века. Ты не должна доставаться тому, кто отдал свое крыло соперникам.

– Я не должна доставаться никому, кроме своей истинной пары! – возразила я. А подумав, добавила: – И ему не должна. Рано мне еще. Я покамест Альма-матер не закончила. А меня там ждут, между прочим.

Отче нехорошо усмехнулся.

– Одна собака залает впустую – остальные подхватят всерьез, – высокомерно бросил он.

Я часто заморгала.

Это он сейчас вообще о чем?

– Ты не можешь считаться угрозой, дочь, – пояснил отец. – Но ты не должна была бросать мне вызов! В Святилище! Перед всеми! Я должен был убить тебя.

И так спокойно, так запросто он это сказал, что я… поверила. Сразу. Так сильно не по себе стало… Вот серьезно, прямо не до шуток. Но, наверное, мастер Горо не зря говорит, что мне следует учиться сдерживать свою ярость… Потому что в следующий момент, я, кряхтя и рыча, приподнялась на руках и буквально прорычала:

– Да ты! Как ты смеешь говорить такое! Я твоя дочь! И я, как бы тебе не хотелось лишить меня этого – дракон! Да ты сам знаешь, что мне документы пришли из этой вашей Альма-матер! Да чтоб ты знал, там, у себя я в военной академии училась?! Лучшей на курсе была! И для чего? Чтобы стать тут у тебя породистой кобылой на развод? Да не дождешься?

Отче слушал мою пламенную речь, иронично подняв бровь.

А когда, обессиленная, упала на подушки, тяжело дыша, даже руки на груди сложил. Казалось – вот-вот зааплодирует.

– Долг дочери – следовать приказам отца, – сказал он.

А у меня банально силы закончились ему противостоять.

Чем отче бессовестно воспользовался.

С жесткой улыбкой, от которой внутри все съежилось, он продолжил «воспитательные работы».

– Знай, что жива ты только потому, что теперь твоя стоимость увеличилась.

Хмуро смотрю на него и набираюсь сил для достойного ответа.