Дом у старой ивы

Благодаря Анне, Даша знала все иностранные языки, которыми владеет мать, почти так же хорошо.

Естественно они пришли заниматься в их с сестрой комнату – здесь её компьютер и ноут Алины, а также большой письменный стол. И она не проходная, в отличие от комнаты брата, в которой постоянно лаяла собака и периодически пропадала черепаха. Ну, а спальня родителей – тут и дураку понятно – это святая святых!

Даша нехотя покинула теплую постель, и, шаркая ногами, отправилась умываться, стирать свою форму (после тяжкой работы в зале, стирку нельзя было отложить) и завтракать блинчиками!

– Все равно хотела зайти в театр перед работой, может, успею на одну прогонку,– бормотала себе под нос девушка.

Во время наслаждения сладкими мамиными блинчиками, Дашу уже совершенно не смущала выползающая из хлебницы черепаха и пересекающая по диагонали кухонный стол.

В театр девушка вошла в тот момент, когда Гамлет, принц Датский, разговаривал с духом своего отца. По сюжету, отца, отравил родной брат, вливший, ему в ухо сок белены, пока тот отдыхал в саду.

«Так я во сне от братственной руки… утратил жизнь, венец и королеву…» – говорил её приятель, переодетый в шифоновый наряд. И выглядел он точь-в-точь, как настоящий призрак.

На этом сходство с классикой закончилось. Зазвучала музыка и актеры стали петь трагическую балладу.

– Аркадий Валерьянович,– девушка присела в кресло, рядом с режиссерским. – Я пришла!

– Где ты пропадала, Дарья?! – старался перекричать музыку режиссер.

 – На звонки не отвечаешь! Если бы не твой прекрасный вокал – я бы тебя давно снял с роли Офелии!

– Не могла говорить – работа! Но сегодня у меня есть два свободных часа, а завтра и послезавтра – мои выходные. Могу репетировать без передышки!

Аркадий Валерьянович, человек в круглых очках и с длинной козьей бородкой, остановил музыку движением руки, и, посмотрел на Дашу так, будто впервые видит. Прошло около минуты, прежде, чем он сказал:

– Ну что сидишь?! Беги переодеваться, и, на сцену! Прогоним твои реплики с Гамлетом!

***

И дни потянулись за днями.

Одна часть Даши, должна была повторять: «Свободная касса!» и улыбаться, чтобы заработать денег. А вторая: « Какого обаянья ум погиб!», должна была прочувствовать трагедию на сцене, но она ликовала, отдаваясь прекрасным ощущениям.

Но один день принёс ей большие перемены.

Даша зашла на обед в комнату отдыха и застала там Натали, которая пила чай и читала газету.