Дом у старой ивы

Взял с кухни самый горячий огромный сандвич, положил в пустую коробку, закрылся во фризере – и ешь себе спокойно. И так хоть целый день. Все догадывались об этом хитром способе бесплатного питания бэкрумов, но, ни один из них еще не был пойман с поличным.

– Ты мне лучше расскажи,– деловито сказал Коля. – Кто тут из новеньких красоток уже запал на мою задницу?

Даша и Коля долго работали вместе во второй смене и уже давно успели стать приятелями. Бэкрум знал о наблюдательности девушки и называл её своим «агентом по юбкам».

– Я перестала тебе помогать, после твоей бестолковой фразы, забыл? – Даша назидательно посмотрела на друга.

Коротков сделал вид, что не помнит. Он много чего говорит. И много шутит.

– Ты бабник, Коля, бабник! Я не хочу, чтобы очередная хорошая девчонка, стала жертвой твоих похождений!

– Ай! – отмахнулся бэкрум. – Пойду, покурю.

Он встал, и направился ленивой походкой к выходу из комнаты. Его задница, туго обтянутая брюками, действительно волновала женщин. Коля обернулся и вдруг произнёс (конечно, он помнил их недавний разговор):

– Я сказал, что я однолюб!

– Но…? – ждала продолжения фразы Даша.

– Но… многотрах! А ха–ха-ха-ха! – громкий раскатистый смех бэкрума заполнил пространство комнаты.

Он дернул ручку собираясь выйти. К комнате отдыха с разносами приближались хостесса Катя и менеджер Наташа. Увидев, каким взглядом одарила его Натали, он резко замолчал. Взгляд её говорил о том, что он полное ничтожество. Возможно, она расслышала его фразу, а может быть, за этим крылось что-то еще, но она была единственной, кто не пал жертвой Колиного зада и весьма спорного очарования.

– Дамы, – пропуская девушек вперед, он коснулся козырька своей кепки рукой, словно ковбой из старого вестерна. А затем удалился.

Катя присела рядом с Дашей, которая едва сдерживала улыбку от Колиной выходки.

– Ты халат себе купила? – спросила хостесса, из-за чего у девушки мгновенно испортилось настроение. Её даже передернуло слегка.

В памяти еще был свеж тот день, когда за окном лил дождь, и она мокрая переступила порог лофта. Квартира пребывала в полумраке и лишь из одной комнаты, сквозь прикрытую дверь, лился свет, от тихо работающего телевизора. Разувшись, она сделала было шаг в сторону своей комнаты, как путь ей преградили настоящие монстры! Огромных, необъятных, исполинских размеров монстры! Лица были белыми, а глазницы казались пустыми и черными, словно это были черепа.