Детка, я твой!

Обреченный взгляд и кислая рожа молодого копа вызвали у Ноа раскатистый смех, который наполнил пустое помещение, отдаваясь эхом от бетонных стен.

– Майк, она всего лишь девчонка…

– Всего лишь? Да она за последние полчаса успела поднять на уши пол участка. Ввязалась в драку, поругалась со всеми заключенными, а сейчас сидит и горланит песни со своими соседками.

– В какую, мать его, драку? Ты куда, бл*, смотрел? С ней все в порядке? – нахмурившись, Райт, дождался, когда испуганный его реакцией парень кивнет, затем стащил с рук перчатки и бросил их на деревянный пол, – спустись вниз и проследи, чтобы ее даже пальцем не тронули.

– Есть, сэр!

На то, чтобы смыть с себя пот и переодеться у Ноа ушло около пятнадцати минут. В участке его ничего не держало. Заберет свой «леденец» и уедет домой отсыпаться…

Вот только стоило ему переступить порог изолятора и услышать как их частая гостья мама Зола красивым, бархатистым тембром исполняет гимн всех стриптизерш «You can leave your hat on», а его клыкастик страстно извивается, держась за прутья решетки и не отрывая глаз от стоящего напротив и пускающего слюни Майка, настроение скатилось на самое дно.

Один взгляд на чертовку вышибал из легких воздух. Только вот танцевала она не для него. И это злило до зеленых бесов в глазах.

Похожее чувство он испытал, когда Сойер вцепился в ее короткий топ своими жирными пальцами.

– Майк, выйди, – раскатисто прорычал Ноа и в камере образовалась оглушающая тишина.

***

Энджи и мама Зола оказались мировыми девчонками. И, если оборотница понравилась мне практически сразу, то к мулатке пришлось хорошенько присмотреться. Вернее спеться.

Услышав, как я, страдая от «одиночества и непонимания», затянула свою любимую песню – «Respect», героиня которой, требует уважения к себе, мама Зола оттаяла и присоединилась.

Потом было еще несколько довольно известных композиций, которые подхватили уже все обитатели изолятора, включая тролля и козлоногих, а закончилось все тем, что Энджи начала учить нас с мамой танцевать стриптиз, используя вместо пилона прутья решетки. Ну а я, в свою очередь, решила подразнить старину Майки, который прилип к нашей камере, словно репейник, и не отходил ни на шаг.

Все равно делать было нечего, а до появления Куки, по меньшей мере, еще полчаса.