Детка, я твой!

Когда я вышла, закутавшись в махровый халат и соорудив на голове чалму из полотенца, Куки уже разлила по стаканам найденный в холодильнике пакет с кровью. Подперев ладонью подбородок, она ожидала, когда я сяду рядом и приступлю к рассказу.

– Я не знаю с чего начать. Все в голове перемешалось. Уже не соображаю, – призналась я, пригубив бокал.

Первый глоток обжёг горло, и лёгким покалыванием растёкся по всему телу, возвращая силы и утраченную энергию.

– Можешь начать с отметины у тебя на шее. Я ее еще в машине заметила, – подмигнула сестренка, явно решив, что мне кто-то засос успел поставить.

– Это все волк!

– Волк? – удивленно воскликнула Куки и подалась вперед, – а ну давай подробнее!

Ну я и рассказала.

Сначала о том, как приехала в клуб в Каю, но не успела войти, услышав не предназначенный для моих ушей разговор шайки бандитов. На том моменте, где они поймали меня и принялись угрожать, у Печеньки глаза стали размером с пятицентовик. На укусе оборотня я внимание не заостряла.

Испытанные ощущения были очень личными, и делиться ими, даже с любимой сестренкой, не хотелось. Зато описание сцены перестрелки повергло ее в шок. А внезапное преображение барыги в копа, и последующий мой арест вызвали нешуточное возмущение.

– Одного не пойму, зачем он тебя в камеру посадил? – спросила Куки, когда я закончила и со своими приключениями, и с кровью.

– Придурок, потому что. Я ему операцию завалила, отомстить, похоже, решил.

– Странно все это. Он, выходит, спас тебя от тех мордоворотов, и тут же за решетку… Может в метке дело?

– А ты что-то знаешь об этих метках? Я с оборотнями раньше дел не имела, но слышала, как Энджи, моя соседка по камере, назвала ее «брачной».

– Прости, сестренка, но я тоже не сильно в теме. Читала, что такой отметиной оборотни свадебный обряд заканчивают. Что-то вроде присвоения… собственнические заморочки, – она махнула рукой, показывая, что смысла в подобном ритуале не много, – но знаешь, ты права. Папочке этой истории лучше не знать.

Крепче спать будет. Я позвоню Кевину и предупрежу, чтобы держал рот на замке.

– Спасибо, Печенька!

– Спасибо в кармане не звенит. Будешь должна, – подмигнула мне Куки, – кто знает, вдруг мне тоже понадобится помощь, вот и напрягу тебя.

– Напрягай сколько хочешь. Ты же знаешь, я ради тебя на все готова.

– Так уж и на все? – рассмеялась плутовка, – ты не думай, я не дурочка, и заметила, как ты губки кусала, когда про своего волка рассказывала.