Шаг навстречу тебе

На деревянном столе, за которым сидел директор, стоял только стакан с ручками и карандашами, старая настольная лампа и лежали какие-то бумаги. Стены так же были голы и мрачны: на них не было ничего, кроме плохо заклеенных дыр и потеков, а деревянный пол выглядел настолько гнилым и дряхлым, что Хейли порой боялась сделать лишнее движение, чтобы не провалиться.

Она совсем не слышала того, о чем говорили, хотя несколько раз в разговоре мелькало ее имя. Она щурилась от лучей дневного солнца, нахально скользивших по ее лицу.

– Ну что ж, – вздохнул Джонс, привлекая тем самым вынимание Хейли. Она невольно на него взглянула. На его смуглом лице сияло самодовольство. – Пора прощаться. Надеюсь, вам здесь понравится.

Он напоследок одарил детей улыбкой до того противной, что хотелось отвернуться и не видеть ее. А потом адвокат ушел. Попрощался с директором, пожав ему руку, и скрылся за скрипнувшей дверью.

Хейли стало страшно. По-настоящему страшно. Когда Джонс был с ними, она чувствовала нечто вроде надежды, что, возможно, вот-вот войдет Уилл, поговорит с адвокатом, объяснит все и заберет их домой.

Но дверь за адвокатом уже захлопнулась, а Уилл так и не пришел.

– Пройдемте, я покажу вам ваши комнаты, – мягко сказал директор, вставая из-за стола. Только сейчас Хейли обратила внимание на него и теперь пристально разглядывала.

Это был мужчина лет тридцати, с темными волосами и карими глазами. Выглядел он довольно опрятно, если не брать в расчет отросшую щетину на далеко не бледной коже.

Скудной обстановке кабинета его вид совсем не соответствовал. В глаза сразу же бросался дорогой темно-синий костюм, до того похожий на костюм Уилла, что Хейли невольно поморщилась.

В коридоре стало заметно тише. Не было слышно ни голосов детей, ни разговоров, только тишина. Девочка немного удивилась и огляделась, думая, что наткнется взглядом хотя бы на одного ребенка.

Но никого не было.

– Сейчас тихий час, – пояснил директор, видя легкое замешательство Хейли. – Потом будет полдник.

Ничего, со временем освоитесь.

Мужчина пытался выглядеть доброжелательно и постоянно улыбался своей мягкой, но какой-то снисходительной улыбкой. Наверное, он думал, что ведет себя правильно, но Хейли старалась держаться от него подальше и то и дело отходила к стенке.

– Хейли, вот твоя комната, – обратился он к девочке, когда они поднялись на второй этаж, дошли до середины коридора и остановились перед одной из деревянных дверей с облупившейся розовой краской.