Между гордостью и счастьем

Где-то за спиной у них проехала машина… За чьими-то окнами играл приемник, и звучали заунывно тянущие мелодию голоса. Марибелл отчаянно хотелось оказаться на улице, поближе к людям, к полицейским, на худой конец, к какому-нибудь круглосуточному магазинчику, где есть покупатели…

Она уже не просто ругала себя за желание сэкономить на такси. Она проклинала саму идею отправиться в таком виде, одной, без сопровождающих, ночью в город, и саму мысль срезать путь через неосвещенный переулок.

Что эти двое несовершеннолетних дегенератов могут с ней сделать? Да все, что угодно.

Эх, выпутаться бы как-то из этой переделки невредимой, и уж впредь она будет куда более внимательна к вопросам собственной безопасности! Может быть, даже запишется в секцию какой-нибудь капоэйры…

Однако нужно прежде всего отделаться от этих парней, а уже потом можно будет размышлять о способах самозащиты.

Мысли Марибелл были очень своевременны. Один из парней уже начал вырывать из ее рук клатч, а второй попытался прижать к стене.

– Руки за голову, и оба отошли к стене, тихо и быстро.

От этого ледяного голоса, который прозвучал у них за спиной, подпрыгнули не только хулиганы, но и сама Марибелл.

С облегчением она обернулась в сторону внезапного спасителя, одновременно отодвигаясь подальше от парней. Теперь их лица излучали не наглость и апломб, а страх и неуверенность.

– Да ладно тебе, шеф, эта проститутка сама к нам привязалась, одолжила «дури», а теперь не хочет платить…

– Неправда! – возмущенно воскликнула Марибелл. – Вы хотели на меня напасть и изнасиловать!

– Молчи, сучка!

– Молчите вы оба, – велел голос, в котором льда, пожалуй, даже добавилось по сравнению с первой произнесенной им фразой. – Леди, вы в порядке?

– Да, я в полном порядке, – со вздохом облегчения выговорила Марибелл.

– Они что-то забрали у вас?

– О, нет, они не успели.

– Валите отсюда, быстро, – велел неожиданный спаситель. – Еще раз увижу вас в этом районе – так легко у меня не отделаетесь. Ты, обезьяна, не потеряй свои штаны, ходячее недоразумение. Брысь отсюда, живо!

Растеряв по дороге последние остатки чувства собственного достоинства, парни рванули из переулка на освещенную улицу с топотом и руганью.

Марибелл развернулась к незнакомцу.