Лиза на мою голову

– Она кофточку оставила, видишь? И сумочку! Явно хочет, чтобы за ней сейчас кто-то погнался. Я бегать точно не буду… Но не вижу причин, почему бы не заняться спортом тебе? Короткий спринт, нагоняешь девку в коридоре, извиняешься за меня, дурака, и сегодня ночью твой дружбан будет в ее киске!

Прям вижу, как Матвей разрывается между желанием врезать мне или нестись за Машкой. Последнее, видимо, побеждает с большим отрывом, поскольку друг в итоге шустро хватает Машкины вещи и несется сломя голову в коридор.

– Совет вам да вдумчивая, ритмичная любовь! – тихо посмеиваюсь.

«Так, одну проблему решил, зато со второй не продвинулся ни на сантиметр…»

Похоже, моя Кареглазка куда-то испарилась, поскольку между столиками теперь бегает только ее напарница. Вглядываюсь в совсем юное лицо – девочке навскидку лет пятнадцать, не больше. Подзываю ее, она несется ко мне на всех парах.

– Определились с заказом?

«Ага! Хочу твою напарницу… и без трусиков! Доставка в номер меня вполне устроит!»

Но я все-таки не конченый дебил, чтобы говорить что-то подобное несовершеннолетней милахе.

– Определился. Мне, пожалуйста, этот ваш загадочный суп Лывжа, порцию шашлыка и Сабурани… Господи, что ж у вас за названия такие трудные!

– Осетинские… – отвечает официантка.

– В смысле?

– В смысле – блюда осетинские, это ресторан осетинской кухни. Это всё?

– Еще мне бутылочку красного домашнего и… пусть всё это принесет твоя напарница!

Понимаю, нагло… Но в любви как на войне, а я профи боевых действий.

– Она занята! – вдруг чересчур серьезно заявляет официантка и уходит.

«Сижу на асфальте я в лыжи обутый… То ли лыжи не едут, то ли я… не с того начал!»

Ну ничего, я упорный. Я своего не упущу. Просижу здесь хоть до ночи, авось кареглазая девица и появится.

Правда, через десять минут мне критически надоедает ждать. И когда моя официантка появляется с нагруженным подносом, внаглую прошу у нее ручку.

– Передай это своей напарнице, пусть позвонит!

– Я же вам сказала, она занята… – отвечает мне она с несвойственной ее возрасту твердостью.

– А так? – я вкладываю в салфетку двухтысячную купюру.

Официантка мнется. Вижу, ей очень хочется положить деньги в карман, но в последний момент все-таки не решается. Яростно мотает головой и убегает.