Мой любимый директор

Вот у меня бы ни за что совести не хватило вытворить такое с чужим женихом. Это же последнее дело! Парень подруги для меня вообще бесполое существо по умолчанию.

Но главное – Антон!

«Я люблю тебя, Катенька».

«Ты мой лучик света!»

«Мы с тобой нарожаем детей и будем жить счастливо…»

Предатель! Изменщик! Сволочь!

Я такая злая, что, попадись он мне сейчас, не посмотрела бы на то, что он шпала-переросток, полезла бы царапать ему лицо. Может, и надо было? Хоть одну маленькую пощечинку влепить. Заслужил! Лопатой по хребту заслужил, а не ладонью по морде.

Лишь через время понимаю, что пришла к еще недавно родному подъезду. Точнехонько к дому, где раньше снимала квартиру. Еще чуть-чуть, и к двери бы подошла. А ключей-то нет, поскольку два месяца назад я вернула их хозяйке.

Зачем я вообще сюда притопала – непонятно. Видно, сработал автопилот.

Но если не сюда, то куда мне идти?

Некуда!

Обалдеть не встать ситуация: дома нет, вещей, кстати, тоже! Я же как есть ушла – в летних джинсах, футболке и кроссовках.

Спасибо хоть, сумку прихватила, а то была в таком шоке, что вообще готова была бежать босая.

Впрочем, забрать вещи – не проблема. Пришла и забрала, так? Они же мои.

На секунду представляю, как я заявляюсь к Антону за собственными вещами. Вижу перед собой его наглую морду, когда он по второму кругу примется мне доказывать, что невиноват и… Руки сами сжимаются в кулаки. Прибила бы гада! Как есть, взяла бы и прибила.

Но дракой делу не поможешь, тем более что и драться-то я не умею, ибо никогда этого не делала.

А вещи забрать придется. Не останусь же я без всего. Антону моя одежда точно на фиг не сдалась.

Ну заберу я вещи, а дальше что? Куда я их понесу?

Я бездомная! Практически бомж…

Мысленно прокручиваю в голове список подружек, к которым могу попроситься с ночевкой. Выбор небогат: одна живет в коммуналке, вторая со злющей мамой, третья – с недавно родившимися близнецами. А главное – это же надо будет всем объяснять, что стряслось.

Но я на это сейчас решительно неспособна.

Хочется забраться в какой-нибудь угол и порыдать всласть. Только нет у меня его, угла этого!

Видно, ситуация наконец меня догоняет, потому что в глазах как по команде появляются слезы. И никак их не остановить, не унять, текут по щекам, как бы тщательно я их ни вытирала.

Так, стоп.

Заканчивай истерику, Катерина!

Я взрослая двадцатичетырехлетняя девушка. С работой и профессией, между прочим.