Невеста на полставки

Хоть бы кофе выпил… У меня даже не было возможности сказать ему спасибо за письмо. И за карточку, конечно. Хотя именно письмо произвело на меня очень сильное впечатление.

Перечитываю его уже раз двадцатый, а всё так же приятно.

Я мечтала, чтобы будущий муж был от меня без ума. Какой бы он ни был. Пусть старше, пусть не голливудский красавец. Мама Марисоль вообще всегда говорила: «Мужчина должен быть чуть красивей обезьяны!» Как по мне, Артём гораздо привлекательнее любого примата. Он вообще довольно интересен внешне, если не акцентировать внимание на родимом пятне, которого он, похоже, стесняется.

Крепкие руки, требовательные губы, до одури приятная на ощупь кожа, а еще пахнет он очень по-мужски. Потрясающе пахнет.

Такого мужа, как господин Энгрин, было бы очень приятно любить, если он полюбит в ответ. До приезда в Москву я думала, что у меня есть все шансы свести его с ума. Ведь сам меня выбрал. Я представляла, как он будет мной восхищаться, водить в интересные места, ласкать и обнимать часы напролет.

Еще поэтому его первая реакция так меня задела, как и последующее поведение.

И тут вдруг «С любовью, Артём Энгрин»…

Господин хороший, вы для меня – загадка. Грубите, бурчите, зато внутри мягкий и добрый. Зайка вы пушистый или законченный злюка, уж определитесь как-нибудь, а то я запуталась.

Кстати, angry по-английски вроде «злой». Точно! Энгрин – энгри (аngry) – злюка. Кажется, у моего жениха появилось прозвище. Назову его Пушистиком, когда начнет быть душкой на постоянной основе.

Пока в пользу «пушистости», к сожалению, всего одно ласковое письмо.

Аккуратно складываю листок обратно в конверт, кладу себе под подушку.

Хватит витать в облаках, нужно заняться делом. Если мой жених хочет, чтобы я что-то себе купила, так я пойду и куплю. Вот прямо сейчас!

Оглядываю свой нехитрый гардероб. Решаю, что мне нужно приобрести в первую очередь. Приемные родители купили мне одежду в дорогу, но совсем немного. Несколько платьев, свитер, легкая куртка, туфли – вот, пожалуй, и всё, чем владею.

Остальное, как сказала мама Марисоль, приобретет будущий муж. Слава богу, озаботился, а то думается мне, через пару недель я бы в таком на улице просто замерзла.

Вещи, которые носила последние годы, я оставила в приемной семье. Папа Авзураг покупал для всех дочерей очень специфические наряды: длинные черные юбки в пол и блузки либо поросячьего розового, либо белого цвета – непонятно, что хуже.