Притворись, что любишь 3

Ответ был весьма красноречив: «Ты мне слишком дорого досталась, чтобы так глупо тебя потерять…»

Что есть, то есть, досталась она ему дорого, и да, вряд ли смогла бы простить измену. К счастью, такую проверку их семье проходить не пришлось.

– Почему так долго? – прорычал Натан, как только она появилась на пороге.

– Нет мне прощения… – замурчала Ждана, прищурив глаза, и смело шагнула в святая святых их жилища – кабинет. – Накажите меня, господин начальник…

Он действительно был ее начальником там, на работе.

Дома же – преданный и любящий партнер. Но они оба испытывали немалое возбуждение от игры «Начальник – Подчиненная». Вот и сейчас моментально вошли в роль.

– Ты заслуживаешь очень сурового наказания… – грозно протянул Натан.

Ждана замерла у двери, оперлась спиной на стену, посмотрела на мужа и протянула слегка разочарованно:

– Одни разговоры, но где же дело…

– Ах, тебе нужно дело? Будет тебе дело!

Он резво подскочил с кресла, в считанные секунды пересек разделяющие их метры, уперся ладонями в стену справа и слева от ее головы и приказал:

– Поцелуй меня!

Воздух будто наполнился электричеством, Ждана в буквальном смысле могла это чувствовать.

Чистая, бурлящая сексуальная энергия пронизала каждую клеточку ее тела. Она схватила мужа за плечи и впилась губами в его губы. Мечтала лишь об одном – скорее почувствовать на себе его руки, а еще лучше – его генерала в себе. Натан еще в молодости назвал свое мужское достоинство таким гордым прозвищем, и было за что.

Не прерывая поцелуев, Ждана потянулась к пуговицам его рубашки, стала быстро расстегивать. А он запустил руки под платье в поисках застежки бюстгальтера.

Она застонала, когда любимый добрался до груди, сжал нежное полушарие, потом придавил своим телом к стене. Ждана тут же потянулась к его брюкам, и Натан чуть отстранился, позволяя расстегнуть ремень и ширинку. Но как только жена потянулась к трусам-боксерам, резко перехватил ее руки, повернул лицом к стене, стащил платье, отбросил в сторону бюстгальтер.

Нагая жена стояла к нему спиной, слышала, как он стаскивал с себя одежду. Она уперлась ладонями в стену, и вдруг почувствовала шлепок. Звонкий, хлесткий, он наверняка оставил на белой попке красный след, хотя больно не было. Через миг уже обе ее груди нежились в ладонях любимого, а в зад упирался член, терся об нее, заставляя безумно желать проникновения.