Притворись, что любишь

Всегда рад помочь сотрудникам!

– Не знаю, как вам это удалось, но я очень благодарна. Я же понимаю, что вам пришлось задействовать свои связи, даже, возможно, заплатить. Теперь чувствую себя обязанной…

– Кира, – перебил он ее. – Я всего лишь составил тебе рекомендацию. Ты мне совершенно ничем не обязана. Считай, я так извиняюсь.

– Это слишком.

– Была возможность, сделал. Относись к этому так же, поняла меня?

– Кирилл Александрович, вы просто не понимаете, что вы сделали, – настаивала она. – Вы же мне мир подарили! Это всё, о чем я мечтала!

– Вот и замечательно.

Рад, что смог помочь. После нашего последнего разговора у меня остался неприятный осадок. Было мерзко думать, что обидел тебя. Хотел, чтобы ты вспоминала обо мне с улыбкой, – решил он быть откровенным.

– Я тоже хочу извиниться. Наговорила вам всякого. Честно говоря, я думала, что вы откровенный бабник, уж простите. И мне таких отношений не хотелось. Но вы благородный, – Кира осеклась, увидев перемену в его взгляде.

Напускное равнодушие как ветром сдуло.

Глаза его загорелись живым интересом.

– А каких отношений тебе бы хотелось? – спросил он, зная, что не простит себя, если не спросит.

– Нормальных, человеческих. Не на раз или два, а постоянных. Как любой девушке, наверное, – ответила она тихо.

– То есть предложи я тебе встречаться в традиционном смысле этого слова, ты бы согласилась?

Взгляд ее потеплел. Еще недавно присутствовавшая в каждом ее жесте неловкость исчезла.

– Да.

– Боже, как сексуально это звучит! – Кирилл привлек ее к себе.

Но она тут же уперлась кулаками ему в грудь.

– Кирилл Александрович, но у вас уже есть девушка!

– Это очень интересная информация. Откуда ты это взяла? – спросил он удивленно.

– Как же, – смутилась Кира. – Все об этом знают. Вас не раз видели вместе со знаменитой моделью, Ангелиной Кравцовой.

– Какая удивительная осведомленность, – усмехнулся он и, выдержав паузу, произнес: – Теперь будешь только ты. Годится?

Дождавшись робкого кивка, Кирилл прижал ее к себе.

Ласково коснулся пальцем уголка ее рта. Потом поцеловал, как ему казалось, нежно. Не удержался и легонько укусил ее шею.

– Подожди, – прохрипел он и отпустил ее, затем запер дверь кабинета.

– Зачем это? – спросила она, нервно сглотнув.

– Не хочу, чтобы нам кто-нибудь помешал, – ответил он и снова потянул ее к себе.

– Но мне ведь всё равно еще нельзя. Доктор сказал, должны пройти три недели…

– Я помню, Кира, – перебил он ее.