Ошибка разбойника

Золотоволосая, жадная до постельных утех красавица отвергала и порой высмеивала отваживавшихся открыто ухаживать за ней поклонников, чем усыпила подозрительность мужа и высшего общества.

Не повторив ошибок незадачливых искателей благосклонности первой дамы Сегильи, дон Стефано предпочёл рискнуть и повёл себя крайне нахально. На официальном приёме поцеловав точёные пальчики её светлости, кабальеро слегка пожал их и с ловкостью карточного шулера прицепил к роскошному кружевному манжету дамы незаметную на фоне расшитого платья золотую булавку.

Прощаясь, он вновь поцеловал и пожал изящную ручку, удостоившись еле заметного ответного движения.

Дальше дорожка казалась проторенной, но осторожный кабальеро опасался ловушки. Он заранее разузнал, когда и по каким делам личная служанка герцогини выходит из дворца, и встретился с ней у портнихи. Лучшей в городе мастерице кабальеро давно платил за комнату для свиданий, предварительно сдав ей этаж в доме, который приобрёл на подставное лицо. Разумеется, любовная встреча со знатными дамами, если и выезжавшими из своих особняков, то в сопровождении охраны, и не расстававшимися с дуэньями и парой служанок, была в мастерской слишком рискованна, но для ведения переговоров с женской прислугой комната с потайной дверью оказалась чрезвычайно удобна.

Здесь дон Стефано и встретился с Кончитой – камеристкой её светлости.

Первым делом кабальеро протянул девушке кошелёк, который она приняла с видом полнейшей невозмутимости. Мужчина начал без околичностей.

– Герцог, конечно, щедр с тобой, но ведь неплохо, когда щедра также и герцогиня.

Кончита благосклонно улыбнулась.

– Ещё лучше, если к знатной даме щедр не только законный супруг, особенно когда эта дама не имеет собственных средств.

Всей Сегилье было известно, что жену без гроша за душой губернатор взял за редкостную красоту.

Камеристка слегка приподняла брови, а дон Стефано почувствовал смешанное с азартом раздражение – очевидно, служанка была намерена в первую очередь не продешевить.

Прислугу своей будущей жены подбирать придётся не менее тщательно, чем саму благоверную. Дон Армандо пригрел змею на груди.

«Впрочем, – тут же подумал дон Стефано, – какая служанка пойдёт против хозяйки? Для любой выгоднее потворствовать грехам своей госпожи, а не выдавать её мужу, который прислугу едва ли поблагодарит, а то и поверит неверной супруге».

– Дон Армандо, полагаю, навещает жену не каждую ночь.

– В благоприятные для зачатия дни, исключения редки.