Случайный брак

«А чего это он у тебя такой щедрый? Миллионер, что ли?» – интересуется Света.

«Не знаю», – отвечаю ей.

«Чую-чую двойное дно…» – не успокаивается подруга.

Ишь ты, отрастила нос. Чует она… из своего Майкопа. Вот пусть сидит там и не умничает, а мне ужин готовить пора. И вообще, какое двойное дно может быть в покупке еды? Тимур же тоже будет ее есть.

Откладываю телефон, принимаюсь за приготовление салата.

Яйца уже варятся, картошка тоже.

Мама всегда говорила, что в оливье главное – колбасы побольше, картошки поменьше.

Но почему-то дома было наоборот. Все из-за нас, троглодитов, конечно же. Я имею в виду себя и четырех младших сестер. Мама нас всегда троглодитами называла, потому что ну ведь не напасешься на нас продуктов.

Старательно режу соленый огурец, меленько, как учила мама.

В этот момент экран телефона загорается сообщением.

Бросаю на него взгляд, ожидаю увидеть очередное послание от Светы, но мне написал абонент «Любимый».

Вижу это слово и замираю с ножом в руке.

Чего-чего, а сообщения от него я не ожидала.

Сердце тут же ухает куда-то вниз.

Дрожащей рукой активирую экран, читаю сообщение: «Где ты?»

Где я? В астрале, блин!

Больше суток Диму этот вопрос не волновал, и тут на тебе, забеспокоился.

Хватаю телефон, отвечаю: «Не все ли равно?»

«Я пришел в общагу, тебя нет. Никого вообще нет! Так где ты?»

Неужели правда переживает? Искал меня? В таком случае, кто мешал позвонить раньше? Например, пока я сидела и рыдала на лавочке.

«Дим, что тебе нужно?» – аккуратно спрашиваю.

Вижу, как он долго что-то печатает.

Печатает и печатает… Поэму, что ли, он там строчит?

Наконец прилетает: «Если ты правда беременная, я согласен дать деньги на аборт. В больницу пойдем вместе».

Читаю, перечитываю, снова вглядываюсь в текст.

Надо же, щедрый какой! Обалдеть не встать.

В горле будто селится колючий еж, так его дерет, и хочется плакать.

Совсем я ему не нужна… А особенно ему не нужен собственный ребенок.

«Ничего не надо», – отвечаю ему.

И тут мне прилетает: «Ты чего выпендриваешься? Гордая такая?»

«Гордая!» – отвечаю, чувствуя, как подступают слезы.

«Или ты сейчас приезжаешь ко мне, а после праздников мы идем делать аборт, или…»

Он совсем офигел? Я ему собачка, являться по зову и избавляться от нежеланных кутят? Впрочем, даже собака от своего детеныша ни за что так просто не избавится. Он же живой.

«Или!» – тут же пишу.

«Значит, я сейчас еду к Вальке отмечать Новый год.