По ту сторону жизни

Вскоре мы, воссоединившись с Ульяной и Линой, которые осматривали другую часть кладбища, стали постепенно уходить из зарослей густо растущих деревьев, облюбовавших столетние могилы, на ухоженные тропинки с выкрашенными скамейками и цветущими клумбами. Тут было гораздо светлее и приветливее – от центральных ворот отходило несколько аккуратных аллей, с выложенными каменными дорожками, подстриженными кустами и прибранными могилками.

– Пройдет каких-нибудь пятьдесят лет и эти могилы станут такими же заброшенными, как и те! – ткнув пальцем на старую часть кладбища, сказала грустно Анна Павловна.

 – Умрут те люди, которые знали и любили покойного и оборвется последняя нить, связывающая умершего с миром живых. Никто уже не вспомнит о нем, никто не прольет слезы на его могилу, никто не положит цветов у надгробия со словами любви. Эх! Вот так же произошло и с моей могилой. Пока был жив сын, он ухаживал за ней, но когда он умер, уже некому было навещать меня: детей у него не было.

Я подошла к Анне Павловне и взяла ее под руку.

Ульяна повисла у нее на плече, Лина же обхватила ее за талию и, заглядывая ласково в глаза, проговорила:

– Вы теперь не одни!

– Да, мы теперь одна дружная семья! – улыбнулась Ульяна и уцепилась за мою руку, благодаря чему мы четверо отныне были сцеплены плотным нерушимым кольцом. Судя по всему, Ульяна уже считала меня своей второй сестрой.

Глава II

Близился вечер. Закатное солнце повисло над домами в черте города и откидывало свои насыщенно-оранжевые лучи на могильные кресты, просачиваясь сквозь нас, неспешно бродящих среди могил и всматривающихся в таблички с фотографиями.

Нагулявшийся ветер утих, перестал трепать каштаны с плакучими ивами на нашем кладбище и волной покатился вслед за солнцем – на запад. Это стало понятным по тому обстоятельству, что спокойно торчащие в городе тополя-небоскребы вдруг принялись слегка танцевать, шурша листвой, сначала на окраине, затем все дальше и дальше от нас, все ближе и ближе к солнцу.

Сложно сказать, сколько времени прошло с тех пор, как мы начали поиски: я потеряла счет времени здесь, я не чувствовала его дыхания, я не ощущала теперь его значимости. К восточной части кладбища стали подползать темно-серые сумерки, которые с жадностью поглотили синеву моря, зелень просторных долин, и плантации стройных подсолнухов. Там, на востоке, смутными очертаниями начали вырисовываться первые звездочки на небе.

– Мы должны поспешить! – всполошилась я.