Ромашки в снегу

Нет, она не была зависима, она чувствовала это, но попытка убежать от серой неприглядной реальности дурманила мозг и руки ее помимо ее желания, тянулись к заветной прозрачной жидкости.

И все же это не помогало. Когда она поняла это, спиртное ей стало противно. Таня не знает, но в тот вечер, когда у них на кухне сидел дядя Саша и незнакомый покупатель с рынка, она не взяла в рот ни капли спиртного. Ей просто нужна была хоть какая-то компания, она ведь так боялась гнетущей тишины, исходящей от безмолвных стен их скромного жилища и одиночества, неустанно следующего за ней по пятам, как верный страж, не желающий так просто расстаться с ней.

Она привыкла с младых лет день за днем находиться в детском доме с десятью детьми-сиротами в одной комнате, и поэтому до сих пор не могла оставаться в помещении одна.

Света достала из кармана своей коричневой дубленки мобильный телефон и позвонила Тане. Когда ей было плохо, она всегда звонила ей. Подруга всегда чувствовала ее пасмурное настроение и всегда умела подобрать нужные слова, чтобы подбодрить ее и внушить веру в то, что все еще может быть хорошо.

Уже половина четвертого, – Таня уже должна была выспаться после суток. Но никто не отвечал.

«Наверное, еще спит», – подумала Света. Она решила зайти в цветочный магазин и купить горшок для Таниной герани. Ведь в том, что горшок разбился, была, конечно же, ее вина. Купив предусмотрительно пластиковый горшок вместо глиняного (чтобы не разбился, как предыдущий), она засунула его под мышку и поспешила домой.

Завернув за угол магазина, она неожиданно столкнулась с симпатичным высоким шатеном, одетым в строгое черное пальто.

– Смотри, куда идешь! – громко возмутилась Света. – Совсем слепой, что ли?

Мужчина посмотрел на девушку долгим немигающим взглядом. На его шее, благодаря ветру, развевался белый шерстяной шарф, а к груди он прижимал темно-серую папку.

– Извините меня! – сказал он вежливо и уступил ей дорогу – для этого ему пришлось залезть в сугроб, так как расчищенная от снега тропинка была довольно узкой для них двоих.

Света удовлетворительно хмыкнула и пошла дальше. «Воспитанный!» – решила она про себя. Другой бы уже облаял ее, как бывало не раз. «И зачем я ему нагрубила?» – подумала она с досадой. Стала, как ворчливая старая бабка, не иначе! Этот шатен с большими голубыми глазами сразу запал ей в душу.