Долгая дорога. Повесть

В полутьме инспектор пошарил рукой по стене, щелкнул невидимым выключателем, и жидкий свет очередной маломощной электрической лампочки осветил тупик. Тупик оказался завешенным каким-то старым жаккардовым покрывалом, рисунок и цвет которого было невозможно разобрать в скудном свете. Инспектор приподнял покрывало и нырнул в открывшийся проем, он последовал за ним, и инспектор предупредил, осторожно, ступеньки, и следователь ногой нашарил ступеньки, одна, вторая, третья, четвертая, и они очутились на площадке с одной единственной дверью.

Инспектор постучал в дверь. Никто не открыл. Следователь прислушался и уловил из-за двери звуки музыки. Инспектор еще раз постучал в дверь, и опять никто не открыл. Тогда инспектор с силой толкнул дверь, ригель старого замка выскочил из паза, и дверь широко раскрылась, вежливо пропуская их вовнутрь комнаты.

На пороге комнаты их приветствовали слова очень популярной песни: «Take me tonight I want to be your lover»[7 - Take me tonight I want to be your lover – возьми меня сегодня ночью, я буду твоей возлюбленной (англ.

)].

Инспектор повернулся к следователю и ернически произнес: «Прошу Вас на праздник молодой и беззаботной жизни, вы проходите-то, проходите, а я уж в сторонке постою. Насмотрелся я на них».

Следователь вошел в комнату, посредине которой стоял большой круглый стол с голой столешницей, такие столы он видел только в далеком детстве в деревне и не ожидал, что такой круглый стол благополучно доживет в городе до нынешних времен.

Стол был заставлен нольсемилитровыми пустыми бутылками из-под портвейна «Агдам», открытыми консервными банками с оранжевыми этикетками рыбных консервов и бело-красными, столь памятными по студенческим временам этикетками консервов «завтрак туриста», этим завтраком туриста брезговали даже вечно голодные помойные кошки, но следователь помнил, как в годы учебы крепкие студенческие желудки с удовольствием и урчанием поглощали его и никогда не болели.

Помимо бутылок и вскрытых консервных банок на столе валялись серые огрызки хлеба, объедки зеленых огурцов и красных помидор. Воздух в комнате был тяжелый, пахло несвежей пищей, застоявшимся табачным дымом.

За столом в одном угле комнаты находилась широкая кровать с железными спинками, а в другом – диван с высокой спинкой и валиками по краям. На кровати, диване и на полу лежали в разных позах парочки.