Чёрная соль

Не было похоже на то, что в могиле когда-то было золото, только зря потревожили покойников, решил Никита и вылез. Лопаты лежали рядом, он взял одну из них и принялся забрасывать могилу землёй, со дна которой одобрительно скалился рогатый череп.

Бульдозер приехал рано утром и, хищно рыча, принялся вспарывать каменистую почву. Ковш раз за разом выгрызал землю большими кусками и выплёвывал тут же в сторону. Внезапно сталь ковша звякнула, с размаху ударившись о каменную плиту. От удара та раскололась надвое. Испуганный строитель выскочил из кабины и бросился к краю ямы.

Под разбитой плитой виднелись кости.

Он вопросительно посмотрел на Никиту:

– Ты что, на кладбище решил строиться?

Тот и сам был в замешательстве:

– В администрации мне не сказали, что здесь было что-то подобное, все бумаги у меня есть.

– Ты как хочешь, но копать я тут не могу. Боюсь я покойников. Мож, тебе где в другом месте вырыть?

– В другом не надо, я у реки хотел. Чтоб из окна на воду смотреть.

Строитель почесал затылок:

– По-хорошему полицию надо вызвать, акт составить…

– Ладно-ладно, понял тебя, нечего бумагу зря переводить, – Никита полез в бумажник и извлёк оттуда пару крупных купюр.

 – Это тебе и за работу и отсутствие бюрократии. Езжай уже, а как решу, где дальше копать, я тебе наберу, номер у меня есть.

Бульдозерист был доволен. Рабочий день ещё толком не начался, а он уже половину месячной зарплаты заработал. Он уехал, а Никита присел на крыльцо и задумался: «С кладбищем участок никому не продашь, да и не хотелось бы, столько уже в него вложено.

Нет, останусь, земля моя, а кости – пустяк, в армии не на такое насмотрелся.»

В сарае размеренно тарахтел генератор. Лампочка под потолком подрагивала, вокруг неё устало плясал белый мотылёк. Он то и дело подлетал вплотную, обжигался, но, отскочив, вновь устремлялся к ней, не в силах устоять перед магией света. В углу, по паучьи расставив чугунные ноги, пыхтела жаром закопчённая печь. Берёзовые поленья внутри свистели и трещали так, словно взывали о помощи, пытаясь выбраться.

Никита заварил крепкий чёрный чай и вышел на крыльцо.

Уже перевалило за полночь. Где-то неподалёку проухал филин. Близкий лес был наполнен звуками: свист, клёкот, какие-то шорохи и шелест ветра в кронах деревьев. Вдруг послышалось чьё-то чавканье. Никита осторожно двинулся в сторону источника звука. Слух привёл его к раскопанной утром яме. В ней что-то скреблось и копошилось. Никита перегнулся через край.