Наследник криминальной империи

– Богдан, я должен убедиться в том, что ты не оттяпаешь у меня всю фирму.

– Всю – нет. Всего лишь половину.

– Не смешно! – раздается возмущенное хрюканье.

– Раньше надо было думать, Веня, – хмыкаю я. – Подписывай. У тебя ровно минута.

Из фирмы «Агропром» я выхожу удовлетворённым и спокойным. Год назад Вениамин одолжил у меня крупную сумму и клялся вернуть её ещё на прошлой неделе. Я, конечно, дядя добрый и временами щедрый, но не настолько. Счётчик тикал, Толстых деньги всё не возвращал, поэтому пришлось применить к нему нестандартные методы, которыми я пользуюсь в самых крайних случаях.

Времена сейчас куда цивилизованнее, чем десять лет назад.

– Богдан Олегович, вы сейчас куда?

– Домой, Серый.

– Там наши ребята пирушку небольшую закатили. Всё как всегда – выпивка, девочки.

Выпивка, девочки – самое оно, чтобы достойно отметить состоявшуюся сделку, но сегодня меня что-то останавливает. Что-то – это строптивая дюймовочка, которую я завтра лично повезу к врачу.

– Я – пас, Серый.

Завтра рано вставать. Повеселитесь там вместо меня.

12

Аня

Этой ночью мне плохо спалось, поэтому я встала ни свет ни заря. Беременность дает о себе знать не только увеличившейся грудью, но и растущим аппетитом. Мне вдруг жутко захотелось омлет с сыром и непременно с куском поджаренного хлеба.

Судя по гробовой тишине в доме, Богдан еще спит. Видеть его с самого утра и терпеть его сальные шуточки не хочется, поэтому на кухню я иду тихо как мышка.

В холодильнике Богдана есть все: всевозможные паштеты, икра, диковинные фрукты, сыры и мясные нарезки.

Я проглатываю набежавшую слюну. Боже, как же хочется есть.

Запихав в рот кусочек пармезана, я начинаю готовить омлет по рецепту Карины. Он у нее всегда получается вкусным, легким и воздушным. Сначала хочу приготовить порцию лишь для себя, но в итоге кладу два дополнительных яйца. Пусть Богдан тоже поест, когда проснется. Пусть он ужасно грубо обошелся с Кариной вчера, но ко мне он относится хорошо и даже личного водителя выделил.

Сбегать сейчас, пожалуй, глупо. То, что я так разозлилась на него вчера, были гормоны.

Кухня у Богдана что надо: просторная, уставленная навороченной техникой, к которой и прикасаться страшно. Тостер кажется мне наиболее безопасным и, немного с ним повозившись, я обжариваю хлеб.

– Отличные ножки, дюймовочка, – от звука охрипшего голоса Богдана я подпрыгиваю на месте. Он стоит в дверях кухни в одних спортивных шортах и беззастенчиво меня разглядывает.