Наследник криминальной империи

Краска заливает меня по уши. Не каждый день я оказываюсь наедине с полуголым мужчиной, а тем более таким как он. Богдан загорелый и накачанный. Широченные плечи, пресс как терка для сыра, а на плечах татуировки.

– Я готовлю завтрак, – бормочу я, стыдливо отворачиваясь. Мало того, что он появился на кухне без одежды, так еще и меня разглядывает. Мое домашнее платье длиной едва ли выше колен, но сейчас я ощущаю себя так, будто стою перед ним в прозрачном нижнем белье.

– Завтрак это хорошо, – позади слышится звук отодвигающегося стула.

– А разве кто-то сейчас не умеет?

– Ты бы удивилась, Анюта, как много неумех среди нынешних женщин. Им же красивую жизнь, тачки и брюлики подавай. Готовить ниже их достоинства.

– Может, вы сами таких выбираете? – не удерживаюсь от подкола.

– Разве, дюймовочка? – тон Богдана становится веселым. – Я вот в клубе в тебя пальцем ткнул и не промахнулся.

– Ой, хватит уже об этом вспоминать, – огрызаюсь я, начиная краснеть при намеке о ночи, проведенной вместе.

– Давай-ка ты, Анюта, перестанешь называть меня на «вы». Во-первых, у нас уже все было, во-вторых, ты живешь в моем доме, в-третьих, носишь моего ребенка, а в четвертых… – он обнажает в улыбке ровные белые зубы: – Неужели я такой старый?

Я ставлю перед ним тарелку с омлетом, и взгляд невольно падает на мускулистые плечи, покрытые каплями воды. Богдан явно был в душе. Нет, на старого он совсем не похож. Любая моя одногруппница бы визжала при виде такого тела.

– Не знаю, я не оцениваю вас… то есть тебя, как мужчину.

– А вот сейчас обидно было, дюймовочка, – ухмыляется Богдан, беря вилку. – Но сдается мне, ты врешь. Когда мы были с тобой в номере, ты говорила, что я самый красивый мужчина, которого тебе довелось видеть. Что ты там еще говорила? – он задумчиво потирает подбородок, делая вид, что копается в памяти. – Что у меня сногсшибательная улыбка и тело как у модели.

Я становлюсь краснее, чем рак. Так и хочется запустить в Богдана сковородкой. Я не могла такого сказать! Он все выдумывает.

– Если ты не прекратишь, я сейчас же уйду к себе в комнату и не стану ничего есть.

Взгляд Богдана моментально перестает быть веселым. В нем появляется опасный блеск.

– Завязывай с угрозами, Анюта, иначе привяжу к стулу и буду кормить с ложки. Ты меня ведь пока только с хорошей стороны знаешь. Пусть так и впредь и останется.