Оседлавшие рхара. Роман

Эсгель доела яблоко, так и не прочитав ни строчки. В голове вертелся вопрос, доселе её не беспокоивший. Что она вообще о нем знала? В ветви был обычай не спрашивать о прошлом. Каждый рассказывал столько, сколько считал нужным. Кто-то выкладывал все как есть, кто-то приукрашивал, а кто-то вообще молчал. Но тем и хороша была ветвь. Ты приходил, и никто не спрашивал, кто твои родители. Ты всего добивался сам. И она сама, потомственная княжна, лазила за зимними яблоками, мыла полы, стирала, чистила конюшни, а никто и не говорил, что будет легко.

Но именно поэтому хэккийцы были хэккийцами, а не княжеским войском.

Ветвь Хэку… Попасть туда тяжело, но условия для всех были равными, будь ты чистокровным дворянином, чьи предки веками служили в княжеских войсках, или сыном или дочерью рыбака, садовника, портного. Всяких хватало. Тот же Наэль, например, хэккийский дворянин. Его мать была дочерью прежнего военного советника Князя, а отец – сыном княжеского кузнеца. Не объедини их ветвь, советник никогда в жизни не допустил бы этого брака.

А Гаэль, так тот вообще первый в своем роду, кто надел черный мундир. Но их обоих она знала с детства, они практически выросли вместе. Наэль частенько приезжал на зиму в Белый Дворец, погостить у дяди с тётей или у деда, а Гаэль жил в Западном крыле. И разница в возрасте помехой не была, Гаэль был старше нее всего на четыре зимы, Наэль на десять, но он её двоюродный брат. Вернее, был им.

Внезапно в дверь постучали. Эсгель удивленно подошла к двери – до рассвета еще около часа.

Она открыла дверь и заметила, что Раэль её не обманул, стражи было куда больше чем обычно.

– Я увидел у тебя свет, – произнес стучавший Глава. – Я войду?

Эсгель впустила его, всем видом показывая, что скрывать ей нечего. И некого. Надьяр Таэль прошел по комнате, как бы невзначай провел рукой по подоконнику, и по лицу его пробежало разочарование.

– Надьяр, а почему столько стражи в коридоре? – недоуменно спросила Эсгель.

– Вот прохвост! – восхитился Глава, взяв с постели мешочек с яблоками. Эсгель мысленно ударила себя по голове, надо было прикрыть его подушкой. Попалась как кухарка. Надьяр Таэль покосился на девушку. – Надьяра Заэля и мою сестрицу ты обманешь в два счета, но не меня. А он мне все больше нравится.

– Надьяр? – подняла брови Эсгель.

– Я проверял насколько он хэккиец. И остался крайне доволен, – он подошел к девушке и взял её за подбородок.