Варечка. Ведьмина сила

В окнах уже горел свет. Люди, пришедшие с работы, готовили ужин на кухнях с веселенькими занавесками или смотрели телевизор в зале. На первом этаже, уткнувшись рыжим носом в стекло, сидел толстый пушистый кот. В другом окне, этажом выше, кто-то загодя готовился к Новому году, развешивая мигающую разноцветными огнями гирлянду.

Варечка позвонила в домофон.

– Кто? – послышался голос тети. По одному слову Варя не смогла определить, насколько та взволнована.

– Это я, – сказала девушка, и без лишних дополнений домофон запиликал, приглашая открыть дверь.

Подъезд встретил ее знакомым запахом, привычно ударившим в нос. Ничего криминального. Ну почему даже чистые подъезды пахнут как-то особенно? Варя поднялась на нужный этаж. Дверь квартиры была распахнута. Обеспокоенное лицо тети Маши встретило Варю морщинами на лбу, передающими чувство тревоги и зрительно делающими женщину на несколько лет старше. Из квартиры в подъезд лился запах валерьянки – аромат потрясений и бед.

– Наконец-то ты пришла. Я Свету успокоительным напоила, как ты и сказала.

– А мальчик? – спросила Варечка.

– Ему тоже валерьянки капнула. Он-то нас и перепугал. Да ты проходи, сейчас Света все расскажет.

Варя прошла на кухню, где сидела Светлана. Ее сын выглядел в этой компании наименее встревоженным. Дети быстро переключаются. Тетя Маша, перехватив взгляд Варечки, подошла к мальчику.

– Пойдем-ка, дорогой, поиграем пока в другой комнате.

Варя села рядом со Светой и, как только тетя Маша притворила за собой дверь, начала расспрашивать женщину.

–Так что у вас там стряслось? Он снова с кем-то разговаривал?

– Разговаривал, – призналась Света. – Но в этот раз все было совсем не так. Раньше он играл с кем-то, смеялся. А сегодня днем забежал ко мне в комнату со слезами на глазах, сказал, что тетя говорит ему "страшные слова". И отказался возвращаться к себе. Я не стала его заставлять, к тому же днем все казалось довольно безобидным. Но когда я пошла готовить ужин на кухню, услышала шум в зале. Потом там что-то разбилось.

Я выключила огонь на плите и побежала посмотреть, что случилось. Сын сидел, вжавшись в угол, а на полу валялись осколки вазы. Ее нам родственники подарили. Такая аляповатая, что я специально убрала ее подальше на шкаф, чтобы не мозолила глаза. Засунула к самой стене. Она никак не могла упасть оттуда. Я спросила сына, что случилось, а он ответил: «оно хочет сделать мне больно». Потом и вовсе стал прятать лицо, не желая отвечать на мои вопросы.