Нулевой мир 6. Мера Человек

«Меня не будут видеть, пока я не действую. В таком случае перчатка поможет. Так яснее?»

Я кивнул и натянул обновку. Потом подумал и поверх нее добавил ещё латную защиту, прикрывающую тыльную сторону.

«Мне тесно. Нехорошо мне, Марк… Сними.»

Белиар говорил всё слабее, его голос будто отдалялся. Но при этом я прекрасно чувствовал его внутри себя, и никаких изменений с демоном не происходило.

«Я умира-а-аю…»

Из полированного медного диска на меня смотрел рыцарь. Волосы у моего проповедника немного отросли за время путешествия, появилась борода.

Того нуля Перита, наверное, мне сейчас на плечи можно положить, как шарф…

«Хорош, ой, хорош!» – бодрым голосом затрепетал Белиар, – «Ещё бы крылья за спиной, с когтями чтобы.»

Я усмехнулся. Демону, как говорится, демоново.

«Ну, а что? Я тебе и раньше говорил, Марк, если мы объединим силы… Ох, да там вся Тенебра, и даже эта двуликая мразь склонится перед тобой!»

– Двуликая мразь?

«Кхм…» – Белиар чуть замялся, явно что-то скрывая.

– Слушай, у тебя тела нет, и мне ещё думать, как это исправить. Может, стоит мне доверять? – возмутился я.

«Тут дело не в доверии, поднёбыш, у меня не было выбора. В Тенебре остался один дьявол, и тот уже проиграл…»

Не сказать, чтоб меня беспокоил проигрыш Тенебры. Всё-таки, именно последователи Бездны сейчас разрывают Инфериор в клочья.

«Все оказались обмануты, Марк. Это не нужно настоящей Бездне.

– А есть ещё и ненастоящая?

«Да чтоб тебя, Марк. Не думал, что скажу это, но Бездна и сраное Небо всегда должны быть. Понимаешь? Не будет одного, не станет и другого…»

Чтобы демон, помимо Бездны, защищал и Небо? У меня всё смешалось в голове.

– Тогда зачем… – начал было я.

Но стенки палатки вдруг всколыхнулись, потом одна немного осела, опорный шест накренился. Снаружи послышались ругательства.

– Дерьмо нулячье, тут сначала отвязывай!

– А там никого?

– Великий господин уже перед войском, не видел, что ли?

Я недовольно поджал губы, потом взял ножны с мечом, прицепил их к поясу.

Снаружи, хоть и была ночь, царило оживление.

Возле палатки копошились три первушника – они склонились над большим колом, к которому тянулась веревка от шатра. Один, упираясь, тянул кол, а двое приложили рядом ладони.