Изначальные

После того как не проданных в Утёс-Улы рабов погрузят на корабли, мы отправим их в ваш порт Караван-сарай для доторговли, вы, как хан этого города-порта и окружных территорий, беспрепятственно и без оброка дадите это сделать. Мы уже обговорили первые сделки с финикийцами и они будут приводить корабли прямых покупателей, либо сами повезут невольников из Караван-сарая туда, где рабы сильно требуются. Выгода наша как торговцев – мы платим оброк Пхазарии только раз, в Караван-сарае во время передачи рабов конечному покупателю, а не дважды как сейчас: в ярмарке Утес-Улы и в порту Караван-сарая.

Выгода Пхазарии – оброк и десятина из Утес-Улы по высоким, трехкратным, ставкам. Выгода Бурун-хана – шесть монет из десяти с одного пленного вместо трёх. Все довольны, и даже конечный покупатель, получивший рабов полных сил,а не измотанных долгими переходами, голодом и болезнями.

– И кто же этот, твой конечный покупатель? – заинтересовался саддаккар.

– Это в условия сделки не входит, мы, брончане, не выдаём свои рынки.

Бурун сделал жест саддаккару замолчать и заговорил сам:

– С нетерпением жду части нашего договора, где мне обещано волшебное средство для взятия Луггорода. И если это средство хоть на миг не будет мне столь интересно, чтоб я забыл о твоей несусветной наглости, то я обезглавлю тебя. Лично. Хочу, чтобы ты это уяснил, прежде чем начнешь, и раз тебя не запугать, то благодаря тебе, вольный город Бронск станет мне врагом на все времена, и каждый брончанин будет знать из-за кого.

Брончанин сглотнул, но продолжил смело.

– Значит, нужно этого не допустить. Так вот что мы, собственно говоря, предлагаем…

Бурун остановил грабёж ярмарки как и обещал, выдал всем торгашам яндаки, собрал войско и двинулся на восток. За городом, к ханову войску присоединились еще около двенадцати тысяч разного рода наёмников, работавших в охране караванов и разграбленных кладовых Утёс-Улы.

Состояли они большинстве своём из скифов, но были даже рыцари Западного королевства – бывшая охрана брутов, немного финикийцев, и пару сотен брончан. Словяне, все как один, предпочли плен предательству. Данный факт, вызвал у Буруна искренне восхищение, тем не менее, пленники теперь товар, а у хана есть кое-что важнее. Все существо Бурун-хана изнемогало от полученного предложения.