Темный Лес

Раздался треск, словно порвалась ткань. Запахло горелым.

Но Курнут продолжал корчиться от раскатистого смеха. Заруб схватил короткий меч и вонзил меч в обожженный почерневший рот Курнута. Заруб повернул рукоять против часовой стрелки. Выкатив красные глаза, Курнут заклокотал, содрогнулся и затих.

И тут же стражники перестали смеяться, помрачнели.

– Ты что, Заруб? – сказал Раз. – Он же должен. Как он теперь расплачиваться будет?

– Ненавижу одержимых, – сказал Заруб, он ударил мертвого Курнута в бок.

Мертвец протяжно пукнул, его большой живот заколыхался как бурдюк.

Ашма испуганно вскрикнула. Широкая пахнущая пустошью ладонь зажала Ашме рот. Сердце Ашмы сжалось, подпрыгнуло и упало.

21

– Тише, – дыша в затылок, прошептал Урвилл.

Заруб в смежной комнате замер и, насторожившись, прислушался.

– Слышали? – Он направил самопал в комнату, где пряталась Ашма.

– Ты все проверил там? – Спросил он у Раза.

– Не было там никого, – неуверенно сказал Раз.

Отдернув занавес из бус, стражники ворвались в комнату.

Там в углу вдоль стены стояла кровать. На полу валялся всякий хлам, громоздились картонные набитые бумагами коробки, клубилась густая пыль. Заруб огляделся. Занавеска, закрывавшая вход в погреб всколыхнулась, прошуршала.

Заруб отдернул портьеру. За ней никого не было. Подвальная дверь была приоткрыта. За дверью круто убегали в полумрак бетонные ступеньки. Оброс гыгыкнул. Заруб посмотрел на Раза. Тот опустил глаза, покраснел и выругался.

Стражники торопливо спустились в погреб, проследовали к дальней стене.

Заруб толкнулся в разрисованную низкую дверь. Она открылась. Темнота обдала зябкой сыростью. Заруб включил молниевый фонарик на самопале и, пригнувшись, вошел в дверь. За ним осторожно и нехотя последовали Раз и Оброс.

Спустившись по узким земляным ступенькам, стражники огляделись. Где-то рядом нервно и звонко капала вода: блям-блям-блям. В полутьме под сводчатым потолком лениво плавали жирные мракоглоты.

– Я же говорил, никого нет, – Раз облегченно вздохнул.

Оброс гыгыкнул. Раз сердито глянул на него. Оброс заткнулся.

Заруб осмотрелся и прислушался. И там и сям – темень и подозрительная тишина. Заруб тихо выругался, с досады стрельнул из самопала в мракоглота. Мракоглота разорвала синеватая вспышка. Под потолком расплылась чернильная клубящаяся чернота. На нее жадно накинулись другие мракоглоты, всосали ее в себя. Стражники вскарабкались по ступенькам и исчезли за низкой разрисованной дверью.