Ужасы маминых каменоломен. Детская сказка для взрослых

– А ведь ты не брат мне, не брат… – ещё раз задумчиво констатировала Эва, после чего резко отпрянула и стала меняться лицом.

Сначала Ванька увидел, как поседели её волосы и высохли её глаза, потом – как ввалились щёки и выпали мелкими жёлтыми камушками изо рта зубы. «Боже мой, что же делать? – в отчаянье подумал Ваня. – Неужели всё? Неужели это всё? Сейчас засыплет – и поминай как звали!»

«Братик, как же его звали? – попытался он вспомнить. – Как же было его имя? Мама ведь наверняка говорила.

Эва говорила!»

– Безымянный! Беспрозванный! Неназванный! – закричал он в отчаянии.

– Нет, это не его имена, – с грустным спокойствием прошамкала старуха, и густые, огромные, как тараканы, слёзы побежали вниз из её глаз. – Его звали как-то иначе. Как-то ведь его звали… – горестно затихая, шептала она.

– А ты хотел меня обмануть! – вновь встрепенулась Эва. – Чему только тебя учили дома и в школе? Ай-яй-яй, как же тебе не стыдно? Ты хотел обмануть бедную старую женщину?!

– Я не хотел! – в отчаянии закричал Ваня.

– Ах, ты не хотел?! – заорала она на него страшным голосом. – А кто тогда хотел?!

И от этого её крика всё вокруг заходило ходуном, своды задрожали, и посыпались первые камни. «Неужели всё? – снова подумал Ваня. – Неужели всё?» И, словно ещё на что-то надеясь, скрестив пальцы, украдкой потянул левую руку себе за спину. Но она заметила этот его жест и только грустно улыбнулась в ответ.

– Не выйдет, – устало прошептала она. – Не дома, не выйдет.

И вдруг за её спиной промелькнула белая рубашонка. Мальчик вздрогнул глазами от неожиданности. Эва резко обернулась, тут же, забыв обо всём, бросилась за ней следом, ударилась о камни грудью и растворилась в стене тенью.

Эпизод восьмой

(В котором Ваня упражняется в эпистолярном жанре, борется за жизнь и ищет в потёмках выход)

Мир замер. Ванька остался один. Рядом с ним на земле тускло подрагивал огонёк маминой свечи. Штольня проваливалась в пустоту чёрными мо?роками, а в ушах начала нарастать звенящая тишина.

«Как он только босой по камням бегает?» – ни к тому, ни к сему устало подумал мальчишка, откинулся спиной на стену и вытянул ноги поперёк прохода. Он вдруг почувствовал себя совершенно измотанным и обречённым, и что делать ему совсем ничего не хочется, а хочется вот так вот сидеть и смотреть, как догорает свеча. «Скоро она погаснет, – мелькнула в голове мысль, – и станет совсем темно».