Миля дьявола

Бертрана поймали, я предполагаю, до той самой минуты, когда он ощутил бы непреодолимую потребность убить человека и затем надругаться над ним. Как с животными. А вот Келлера изловили в той фазе его болезни, когда он уже перешел к убийствам.

– Полагаете, такого сходства достаточно, чтобы привязать к нему нашего субъекта?

– Вполне. Ведь аналогия с аспектами отклонений Бертрана и Келлера во многом совпадает с особенностями поведения Хайгейтского осквернителя. К тому же есть и другие примеры, во многом схожие с нашим.

– Ну что ж, трудно возразить, хотя ваша теория пугающая, – задумчиво резюмировал Аттвуд, поглаживая бороду. – Крайне не хотелось бы допустить убийств, тем более понимая, что жертвами могут стать знатные особы.

– Разве бедные люди – другие люди? – удивился Рихард.

– Я не о том. Насилие над Эдит Моллиган есть свидетельство, что преступник может выбирать жертв и среди знати. А это станет громким событием не только на весь Лондон.

– А как вы пришли к мысли о возможных будущих убийствах?

– Во-первых, как и вы, я знаю, что любая болезнь прогрессирует.

Во-вторых, а разве мы уверены в том, что вчерашняя жертва не является невинно убиенной? То, что мы не нашли следов убийства, далеко не означает отсутствия такового. Может быть, нам следует поискать получше. К тому же, вдруг он уже убивает?

– Сомневаюсь. Иначе полиция была бы уже осведомлена об этом.

– Вот тут позвольте усомниться мне, – невесело ухмыльнулся Валентайн. – Знали бы вы сколько нищих бродяг умирают в трущобах Лондона, сколько трупов гниют на помойках, в моргах и в Темзе.

Зачастую полиции нет до них дела, им бы справиться с массой других важных задач. И среди этой армии умерших от естественных причин –достаточное количество жертв насильственной смерти.

– Но я все же считаю, что Хайгейтский осквернитель пока что довольствуется исключительно мертвыми и сам не убивает. Пока, – веско поправился фон Эбинг. – А в-третьих?

– А в-третьих, – доктор Аттвуд чуть прищурился, – он ищет ощущений. На каком-то этапе становится мало и ты желаешь большего.

Если прогрессирует болезнь, значит прогрессирует и похоть, ею порожденная. Не сложно предположить, что вероятность появления желания убивать будет высока. Либо она уже воплощена в жизнь и со временем будет становиться только сильнее.

– Раз наши мнения в основном сходятся, считаю, вашему другу Гилмору следует посоветовать тщательно изучить информацию о всех преступлениях, где есть труп, за последние несколько недель.