Миля дьявола

– Как бы то ни было, – я говорю о ряде отличий в поведении, – вернулся к теме фон Эбинг.

– И что это нам дает?

– Если ряд поведенческих шаблонов схожи, следовательно, схожи и черты личности преступников, зная которые, мы сузим поиск насильника. А мы их будем знать, кроме ранее установленных, потому что я пристально наблюдаю и изучаю Адека Келлера. Как, собственно, и иные половые преступления с патологиями психики. А то, что разнится в поведении при совершении акта насилия даст нам ту индивидуальность преступника, разгадав которую, вы его и поймаете!

– Превосходно, Рихард! – довольно воскликнул сэр Валентайн.

 – Нам еще многое следует обговорить, но боюсь, нет времени. Пора ехать в «Уэйнрайт-хаус». Негоже заставлять леди ждать!

Гостиница «Кларидж» находилась в относительной близости от владений графини, поэтому путь занял немного времени. У входа гостей встречал Эрл Парсон, дворецкий графини Уэйнрайт. Среднего роста, чуть полноват, но оттого не менее проворен, вышколенные жесты и осанка свидетельствовали о долгой службе семье Уэйнрайтов.

Лицо овальной формы с тщательно ухоженной кожей, песочного оттенка густые волосы аккуратно напомажены назад и отдавали заметным блеском. Маленькие глазки, чуть впавшие в глазницы, смотрели бесстрастно.

– Джентльмены, вас ожидают, – ровно произнес он. – Следуйте за мной.

Парсон повел их в малый зал, где все присутствующие собрались после ужина выпить виски или вина, а также выкурить по сигаре.

– Сэр Валентайн Аттвуд и профессор Рихард фон Крафт-Эбинг, господа! – прервал оживленную беседу дворецкий, представляя вновь прибывших.

На мгновение повисла тишина: гости леди Уэйнрайт с интересом взирали на двух ученых, которых с нетерпением ожидали все это время. Более всех остальных такое нетерпение внутри себя чувствовала сама хозяйка дома. В том числе, испытывая необъяснимое волнение. Маркиз Рэймонд Куинси едва заметно кивнул вошедшим, одевая на лицо маску бесстрастного превосходства. Оуэн Палмер выжидал, неспеша делая глоток виски из граненого бокала.

Казалось, его совершенно не трогало появление джентльменов, однако при этом глаза молодого красавца внимательно изучали доктора Аттвуда и его австрийского коллегу.

– Весьма кстати, – нарушил молчание Руфус Додсон, что прозвучало с оттенком невежливости.

Глэдис Уэйнрайт бросила на него укоризненный взгляд:

– Джентльмены, – произнесла она, – позвольте представить вам моих гостей и добрых друзей нашей семьи.