Миля дьявола

Угольный дым выбрасывался в воздух, его частицы застревали в нем, обрастая влагой и создавали тем самым благоприятные условия для образования тумана. Поэтому Валентайн никогда не открывал окна в то время, когда концентрация смога была высока, особенно по утрам. Но даже днем в Лондоне носили фонари, чтобы не сбиться с дороги, не попасть под омнибус или случайным образом не свалиться в сточную канаву, а то и в Темзу. Настолько туман был силен. Сквозь коричневую пелену едва просматривалось желтое пятно восходящего солнца.

Несмотря на это, Аттвуд был как обычно бодр и полон сил. Он жил один в собственном двухэтажном доме на западной окраине Сити, неподалеку от «Часовни начальника судебных архивов», воздвигнутой еще в 1232 году как Дом Новообращенных при короле Генрихе III. Первый этаж занимали кухня и помещения для прислуги, обширная столовая, не менее большая библиотека, напрочь заполненная научными книгами и произведениями мировых классиков, и личный кабинет доктора, в котором он работал и проводил приемы частных клиентов. Он представлял собой уютную комнату преимущественно в светлых тонах: весь пол устилал дорогой и мягкий персидский ковер, в котором утопала нога; у большого окна, наполовину задернутого плотными, ярко красными шторами стоял большой дубовый стол и огромное кресло, изготовленное под заказ специально для фигуры сэра Валентайна; два удобных стула, оббитых плотным бархатом зеленого цвета, стояли вблизи стола, а у небольшого камина, встроенного в стену, сбоку от него стояла оттоманка с одним боковым подлокотником, на которой громоздились подушки. Противоположная от камина стена от пола до потолка была заставлена книжными полками, на которых в строго определенном алфавитном порядке размещались самые необходимые книжные издания для работы. В кабинете также имелось несколько угловых полок, где стояли различные статуэтки из дерева, слоновой кости, фарфора и камня, отображающие различные абстрактные образы, фигуры животных и людей, предметы божества преимущественно восточных и азиатских культур. На свободных участках стен висели картины современных британских и фламандских живописцев. Второй этаж дома занимали несколько спален, одна из которых принадлежала Аттвуду, а также еще две комнаты, которые были закрыты и совершенно им не использовались. С того момента, как он остался совершенно один, в них не было никакой необходимости.