Уникум. Тайная дверь

– Вика, Тихонова, – тяжело дыша, рассказывал Рамиль. – Успеваемость средняя, она же, как и мы, из проснувшихся. В смысле, как я, – исправился он, взглянув на меня. – Поэтому все дается сложнее.

– Я тебе школьный архив, что ли? Мне эта информация к чему? Лучше скажи, чем интересуется?

– О… – многозначительно закатил глаза сосед, – вон ты куда метишь.

– Никуда я не мечу, – сказал, а сам покраснел, – просто интересуюсь.

– Тут я тебе ничем помочь не могу. Вот про подругу ее немного знаю, но тебе ничего не скажу.

Вон ты какой ловелас, оказывается.

Именно в этот момент Тихонова вместе со своей подругой (нескладной и слишком высокой, что только Рамиль в ней нашел?) пробежали мимо. Они нас на второй круг обогнали. При этом Вика посмотрела именно на меня как-то презрительно, с легкой издевкой. Мол, слабак. И хотелось бы доказать ей, что нет, вырваться вперед и с равнодушным видом легко обойти ее, однако сил уже совершенно не было.

А чуть позже нас обогнала компания Азамата с ним во главе.

Выглядел казах донельзя бодрым, отчего заставил себя немного ненавидеть. Хотя, чего я? Каждый сам кузнец собственного счастья. Никто же не заставлял нас на самом деле бегать.

– О, – обрадованно посмотрел на их спины Рамиль. – Значит, скоро конец тренировки. Азамат у нас как чувствует, когда надо появиться.

И сосед оказался прав. Еще через круг, пробегая мимо той самой опушки, мы увидели Якута, который возвестил о завершении мучений. Но лишь на сегодня. При этом, возможно, показалось, но учитель посмотрел на меня одобрительно? Правда? После вот этого удивительного галопа, во время которого два дохлых коня чуть не откинули копыта?

Правда, выяснилось, что мы с Рамилем показали не худший результат.

Сразу после нас финишировал Максимов с первой парты. Наверное, такие люди нужны для общего понимания, что все не так уж и плохо. Маленький несуразный одноклассник еле волочил ноги, держась за бок, очки съехали на край носа, а его лицо выражало такой спектр эмоций, что я испугался, как бы сейчас пацан не умер. Но ничего, добежал, согнулся, чуть не упав на колени, и стал тяжело дышать.

– Не переживай, Мишка всегда такой дохлый, – отозвался Рамиль с некоторой жалостью.

– Можно подумать, что мы намного лучше.

К себе я не шел – плелся. И предвкушал завтрашнее утро, когда не смогу разогнуться. А веселый настрой Рамиля только усугублял ситуацию. Однако, переступив порог комнаты, я вспомнил еще об одной проблеме.